Хроники Континента. Легенда о Защитниках

Спрятав лицо в ладони так, чтобы никто не смог увидеть его лица, парень медленно раскачивается из стороны в сторону, пытаясь осознать произошедшее.

Даже в скучающих глазах Новы Скарлетт сейчас можно увидеть нечто отдаленно похожее на сочувствие. Маркус стоит ближе всех к костру, его голова опущена, но Арес видит, как губы шевелятся, беззвучно читая похоронную молитву.

Она помнит, как хоронили отца. У них не было тела, поэтому, следуя древним традициям, в огонь отправили изорванный плащ, надетый им в тот роковой день…

Тогда попрощаться с ним пришла вся Башня: от совсем юных кадетов до старых боевых офицеров.

Они стояли ровной шеренгой, и ни одно слово не было произнесено во время церемонии, кроме траурной молитвы, обращенной к Предкам и высшей силе.

Сейчас же они хоронили Кайла в спешке. Несмотря на то, что Арес совсем мало знала его, она была уверена, что он заслуживал гораздо большего, чем просто быть сожженным в наскоро разведенном огне.

Он заслужил настоящей церемонии, и не сейчас – намного позже!

Смерть должна была забрать его седовласым старцем, окруженным благодарными детьми и непоседливыми внуками.

Это было нечестно. Забрать его, такого молодого, такого приветливого и улыбчивого в самом разгаре его жизни…

От несправедливости хотелось плакать, но Арес уже не могла. Ей вдруг показалось, что слезы навсегда покинули ее, и ничто более не способно заглушить наполняющею её боль.

Он мертв. Как же так? Она вновь вспоминает, что они говорили совсем недавно. Совсем недавно.

В его последние часы… невыносимо жутко. Такой живой… такой вечный, как и она, как и все вокруг… был.

– Нам надо развести еще один костер… – глухой голос Маркуса был почти не слышен из-за треска пожираемых огнем бревен.

Точно так же Твари должны быть обязательно сожжены, только тут уже дело совсем не в уважении. Неживых и вампов кидали в огонь лишь потому, что только пламя было единственной гарантией полного уничтожения этих существ.

Что касается вольфов и пиксов, то их тела сжигали скорее из-за опасения, хотя уже давно установлен тот факт, что ни одни, ни другие после своей смерти не способны восставать и сеять разрушения и хаос.

Парни с готовностью кивнули и направились к лесу, во главе с Маркусом. Арес двинулась к Анетт. Капитанская дочь была не в силах вновь смотреть в лицо убитого ею юноши. Она не знала, что ей делать. Эмоции – боль и горечь, словно волной, то наполняли ее до остатка, то отступали, опустошая девушку.