Грэй

– А-а-а-аб!! – Крикнул в ужасе Матвей и, не зная, что сделать, сначала рванул к воде, чтобы залить угли, потом к девушке, чтобы вырвать её из огня… Секунд пять метался, пока не схватил девушку за локти и бесцеремонно грубо оттащил от костровища.

– Покажи руку, немедленно! Я бегу за аптечкой!

– Зачем? – спросила его Аня и показала свою ладонь.

На руке у девушки были следы угля, сажи и копоть под ногтями, но… она не пострадала совершенно. Ни единого ожога или волдыря. Матвей пораженно посмотрел на свою спутницу и ничего не смог сказать.

– «Огонь» в моей власти! – объяснила Анна – я контролирую его.

Следующие дни уже были поспокойней. Аня больше не устраивала «фаер-шоу» в стиле «Рамштайн», но иногда просто сидела, закутавшись в курточку, и смотрела на языки пламени, словно изучала их. Иногда она что-то шептала огню или напротив внезапно начинала петь неизвестные Матвею песни на английском или латыни. Из числа последних Матвей мог уловить только одно: Аня пела не «Гаудеамус», а вероятно про демонов или силы зла, но что именно было известно только ей одной.

Так или иначе, стало действительно тише. Девушка занималась своими делами, Матвей своими. Друг друга не пугали и общались с улыбками, шутили, разговаривали и обсуждали за костром или во время еды самые разные вещи, от новых романов Стивена Кинга или фильмов ужасов, до проблем науки и компьютерных игр.

Но на шестой день случился казус. Юноша вынужден был пройтись вдоль берега на север в поисках нужных камней и… у огромного валуна он наткнулся на одежду Ани и естественно на Грэя, который лежал поверх её вещёй и видимо их охранял.

Самой девушки нигде не было. Матвей оглянулся направо, налево… подержав в руках шмотки, разглядел в них анин купальник. Положил все это обратно на камень под череп и тихонько позвал девушку, будучи готовым в любой момент закрыть рукой глаза. Однако юная ведьма не отозвалась. Он присмотрелся к воде, потом оглядел кувшинки и лилии. Прошелся вперед и назад, ища следы босых ног. Всё без толку!

Вдруг взгляд его различил какое-то движение в воде небольшого на вид тела. Сначала Матвей принял его за рыбу, но потом, присмотревшись, понял, что это человек. Поскольку тело летело снизу вверх под углом к Матвею, оно казалось намного меньше своих истинных размеров. И только когда девушка вынырнула из воды, юноша понял, что эта именно его спутница, а не русалка или какая-нибудь местная финка.