Копенгагенский разгром. Приключения графа Воленского

Я дам ей рекомендательное письмо, моему другу нужна французская гувернантка, – пояснил граф Воронцов.

– Но ведь Наполеон открыл Францию для роялистов, – сказал я. – Любой может вернуться, достаточно принести присягу на верность первому консулу.

– Тысячи французов так и поступили, – согласился граф Воронцов. – Но Бонапарт презирает законы. Он казнит роялистов, ссылает на острова по малейшему подозрению. И присяга не спасает. Виконтессу де Понсе можно понять. Ее родителей гильотинировали.

– Будьте покойны, ваше сиятельство, я позабочусь о ней, – пообещал я графу Воронцову.

– Вы сделаете богоугодное дело. Она не станет обузой. Надеялась, что вы не откажете, и уже приготовилась к отъезду. И кстати, – хозяин дома понизил голос, – она действительно прехорошенькая.

Он заботился о других, еще не зная о собственной судьбе. Мне стало совестно, словно не российский император, а я лишил его имений.

– Семен Романович, – промолвил я, – я привез неприятное для вас известие. Вы уж простите великодушно, но молчать до завтра не представляется возможным.

Граф Воронцов взял меня за руку и по-дружески сжал ее.

– Не волнуйтесь, Андрей Васильевич, – вымолвил он. – Я все знаю. Новости часто опережают официальные депеши.

– Значит, вы знаете?

– Знаю, – улыбнулся он. – Его величество изволили конфисковать мои имения. Ничего страшного. Императоры приходят и уходят. Россия остается. Россия дала, Россия забрала. Все хорошо. Мой сын на службе в Преображенском полку.

Его слова звучали спокойно, без пафоса. Он никого не винил и не питал злобы, а его дочь встречала гостей с фрейлинским шифром на груди.

Лакей проводил нас к моим апартаментам. Граф вошел следом за мной и жестом велел слуге оставить нас.

– Мы управимся со всеми формальностями за день. Вы могли бы отправиться в обратный путь завтра же вечером. Но в свете случившегося стоит отложить выезд на послезавтра.

– Все же не представляю, как я покину Лондон, не дождавшись результатов расследования! – покачал я головой. – Если бы несчастье случилось со мной, Артемий бы не бросил меня.

– Понимаю ваши чувства. – Граф Воронцов по-дружески сжал мой локоть. – Но другу вы уже не поможете. А вам нужно торопиться. Помните, война России с Англией может начаться в ближайшие дни.