1812, год зверя. Приключения графа Воленского

– Да это ж небезопасно! Вы не представляете себе, что творится сейчас на дорогах! Народ творит самосуд, иностранцев убивают, а тем паче он француз! В умах людей нынче француз синоним шпиону!

– Надеюсь, доберется невредимым, – буркнул я, уже пожалев, что отправил Жана одного. – А вы?..

– А я собственно никакого дела не имею. Просто пришел проведать, узнать, не нужно ли чего? – сказал Косынкин.

– Очень даже нужно! Нужно! – обрадовался я. – Вот что, Вячеслав Сергеевич, а не достанете ли вы для меня верховую лошадь? А лучше двух.

– Верховую лошадь? – он удивился.

– Я, признаться, сильно задержался в Санкт-Петербурге. Верхом до Москвы доберусь быстрее и хоть как-то наверстаю упущенное время.

– Но это же…

– Знаю, далеко. Думаю, дня за три доберусь.

Глава 6

– Что там Парасейчук? – хмыкнул я, пробудившись утром, и вышел в гостиную.

Полковник поднялся из-за стола. Всю его грудь закрывали награды. На меня он смотрел со столь преувеличенным воодушевлением, словно верил, что сейчас я отдам распоряжение, и ему, после того, как он потрудился встать, останется еще повернуться, чтобы получить новый орден за как-то сам собою случившийся подвиг.

– Отдыхайте пока, сударь, – сказал я. – У меня остались еще кое-какие дела в Петербурге.

– А в Москву? Когда же мы поедем в Москву? – с разочарованием спросил он.

– Сегодня же и поедем, – ответил я. – А вы вот что, сударь, узнайте-ка пока, где этот господин сейчас проживает и чем занимается?

Я выдал полковнику «Санкт-Петербургские ведомости» и показал на объявление Христиана Венстера.

Я предполагал, что граф Аракчеев заставит меня долго ждать в приемной. Но Алексей Андреевич принял меня незамедлительно и встретил с доброй улыбкой, чего уж я никак не ожидал.

Десять лет назад я по воле случая оказался вовлечен в историю, распутать которую до конца мне не позволили. И я до сих пор сомневаюсь: правильно ли поступил, что сдался? И что получилось бы, раскрой я тогда весь механизм готовившегося заговора? Следы вели к графу Аракчееву.

Тогда верил, а ныне, когда государь устраивает бал в доме убийцы императора Павла и назначает этого убийцу начальником главного штаба армии[17 - Речь идет о бале в Вильно в доме Л. Л. Бенигсена.], я полагал, что и самые неприглядные факты не помешали бы Аракчееву подняться на вершину власти. Этой мыслью я и оправдываюсь перед собой за то, что десять лет назад уступил.