Две пули полковнику

С камерой работал как бог.

– Вот, значит, как? – насторожился Гуров. – С камерой, значит? И где же он с камерой работал, позвольте узнать?

– Ну, по-разному, – пожал плечами Туликов. – Было дело, в журнале работал – «Художественное фото», что ли... Для женских журналов снимки делал. Свадьбы снимал. Ну, не все подряд, а только крутые – выгодное дело, между прочим. А в последнее время вообще на вольные хлеба ушел. По заказу работал. У него ставка высокая была и репутация отличная. Он не бедствовал, и уважали его. Не пойму, кто мог его завалить.

Туликов был искренне расстроен, и Гурову показалось, что в этом не было абсолютно никакой игры и натяжки.

– А вы что же, тоже фотограф? – спросил он.

Туликов метнул в его сторону короткий встревоженный взгляд и поспешно сказал:

– Нет-нет, я по жизни – коммерсант. У меня торговое агентство. Небольшое, но на хлеб с маслом хватает.

– Чем торгуете? – спросил Крячко.

– Чем придется, – с деланым равнодушием ответил Туликов. – В основном – одеждой. Договариваемся с фирмами – покупаем со скидкой, продаем с накруткой. На то и существуем.

– Будьте добры, оставьте нам координаты своего агентства, – попросил Гуров. – На всякий случай. Возможно, придется еще раз встретиться. А пока скажите, что вы знаете о погибшем. Когда вы его в последний раз видели, был ли он чем-то озабочен, имелись ли у него в последнее время проблемы...

– Сейчас скажу точно, – ответил Туликов, обрадовавшийся, что щекотливый вопрос насчет агентства отошел на задний план.

При этих словах Туликов вдруг осекся, но тут же заговорил дальше с преувеличенным энтузиазмом:

– Ну, короче, расслабились... Не все же пахать, правильно? Надо и оттягиваться иногда, кайф ловить. Это и врачи советуют. И даже ваше ведомство вроде бы не осуждает, разве нет? Сериалы вон показывают – опера, короче, тоже люди, и ничто человеческое, как говорится.

– Ты оперов-то не приплетай, коммерсант! – мрачно заметил Чепасов. – Ты много оперов под кайфом видел? А вашего брата трезвым увидеть – большая удача. Так что не равняй, понял?

– Мы сейчас не в вытрезвителе и не на лекции о вреде пьянства, – вмешался Гуров. – Дискуссию о спиртных напитках разворачивать не будем. Давайте по делу. Вы, Валерий Сергеевич, упомянули, что третьего числа пришли к Ложкину в студию.