Две пули полковнику

 – Туликов Валерий Сергеевич, шестьдесят девятого года рождения, назвался частным предпринимателем, и Вострякова Татьяна Алексеевна, восемьдесят четвертого года рождения, временно безработная... Одним словом, оба тунеядцы. Прежде бы их...

– Да, это мы уже знаем, – подал голос полковник Крячко. – За сто первый километр. – И добавил, обращаясь к Гурову: – Майор, видимо, так и представляет себе золотой век. Все, что тебя раздражает, отправляешь за сто первый километр и наслаждаешься тишиной и порядком. Только ведь и за тем злосчастным километром тоже люди живут.

– У каждого своя мечта, Стас, – ответил Гуров. – Тут мы майору ничего указывать не станем. И вообще, нас в данную минуту интересует реальность. Конкретные факты. Эти люди опознали убитого?

– Они утверждают, что знают этого человека, – кисло сказал Чепасов, заглядывая в какую-то бумажку. – Ложкин Дмитрий Владимирович, примерно семидесятого года рождения, проживает по Волгоградскому проспекту, но точный адрес они не помнят.

– Полагаете, они могут иметь причастность к убийству? – скептически произнес Гуров. – Не думаю. Вряд ли бы они тогда заявились к вам сами. Хотя, конечно, всякое в жизни бывает... Впрочем, мне хотелось бы побеседовать с ними лично.

Чепасов тут же махнул рукой и резко выкрикнул в сторону парочки:

– Туликов! Подойдите сюда! И побыстрее поворачивайтесь, вы тут не на тусовке!

На потрепанном лице беловолосого отразилась некоторая досада, но он не стал прекословить и без слов подошел к оперативникам, позволив себе лишь сделать это неторопливо, вразвалочку, точно действительно прогуливался по пляжу, а не по коридору морга, где лежал его мертвый приятель.

– Здравствуйте, молодые люди! – сказал Гуров. – Разрешите представиться: мы с товарищем оперуполномоченные по особо важным делам – полковник Гуров и полковник Крячко. У нас к вам очень серьезный разговор.

– Точно, – сумрачно сказал блондин. – Я его еще по ящику когда увидел, узнал. Димка Ложкин это. Жалко мужика, толковый был.

– В каком смысле толковый? – спросил Гуров.

– Ну, вообще, – уклончиво сказал Туликов и неопределенно очертил в воздухе круг рукой. – Башка у него на плечах имелась. И руки золотые. Он, вообще-то, фотограф был. Ну и оператор.