Месть Невидимки

И, как оказалось, отозвался на надрывный голос жены, выбегающей из комнаты на балкон.

– Ты?! – осекшимся от изумления голосом выдохнула она.

Её Мика ползал на четвереньках в том самом же месте, у той же самой стены, где, настороженно вглядываясь в антенну своего аппарата, совсем недавно твёрдо стоял на ногах. А теперь как сомнамбула, с замутнённым взором да ещё и на карачках, головою тыкался в ту же самую стену…

Инна бросилась к нему.

Немного поговорив с ней, Мика отослал её за чаем.

Итак, он накинул на себя контур. Жена щёлкнула тумблером пуска. И Караев лишился чувств. Нет, скорее всего, погрузился в сон. И ему что-то снилось. Цельное, сюжетное и, как в жизни, логичное. В памяти мелькали яркие, пронзительно реальные сцены, в которых, находясь в забытье, он участвовал. С кем-то общался. О чём-то переживал…

– Что же всё-таки это было? – спросил он, окуная губы в дымящийся стакан чая, от которого, чертыхнувшись, невольно отдёрнулся.

– Ну, сколько раз я говорил тебе – не наливай мне крутого кипятка! – попенял он ей.

Пропустив мимо ушей его последние слова, Инна обняла мужа за плечи и ласково прошептала:

– Конечно, было… Ты превратился в невидимку.

Караев оцепенело смотрел перед собой. Неужели он переместился во времени и побывал в одном из отрезков своей жизни, который, скорее всего, ему ещё предстоит прожить? Ведь то, что он видел, с ним до сегодняшнего дня не происходило.

– Мика, ты хоть представляешь себе, чего ты добился? – услышал он голос жены. – Это потрясающе! Твой эксперимент имеет громадное государственное значение. Стратегическое… Под это, если мы продемонстрируем им, тебе на исследования выделят столько средств, сколько ты пожелаешь, – гнула она своё.

– Надо не просто показать – надо доказать, – отнекивался он.

– Доказательство – на лицо! – загорелась жена.

– Результат, конечно же, – моё почтение! – согласился он. – Небывалый. Я, естественно, покажу его. Может, что и получу, – неуверенно добавил Караев.

– Оставь сомнения, мой милый! – с ликующей игривостью воскликнула Инна.

Караев пожал плечами. А Инна, дребезжащим от радости голосом, принялась строить планы по поводу того, как она сама займётся организацией публичного показа.