Принцип домино. Покой

При опросе свидетелей с места преступления у клуба La Bries, все вменяемые изображали искреннее удивление, разводили руками и пожимали плечами, утверждая, что произошедшее без малого шок для них всех. Лгали, проще говоря. Самому Куки-Монстру и этого показалось мало. Подосланная для отвода коповских глаз стриптизерша вертела перед Уэстом хвостом и стелилась, будто кобыла в поре. За Тайб такого никогда не замечалось, что наводило на мысль о затронутых личных мотивах ее босса. Ко всему прочему вишенкой на торте стало имя, озвученное сотрудником компании, где работал почивший Томпсон.

Казалось, что копы ходят по кругу и возвращаются к одному и тому же выводу: без подмоги им не справиться. Вот только помощь не спешила брать трубку и отвечать на звонки, пока Коннор Уэст уже больше часа пытался ей дозвониться и не выпускал телефон из рук.

– Да, твою ж мать! Ответь ты уже! – швырнул он мобильник на стол, едва не опрокинув стаканчик с отвратительным на вкус кофе на документы по делу Томпсона, чем заработал недовольный окрик напарника.

– Эй, упоротый Лис! Осторожнее! Кому ты все названиваешь? – сержант Закари поднял на него глаза, покрасневшие от недосыпания и сгустившегося над ними сигаретного дыма. Недоумение Фрэнка объяснялось просто: как что-то еще, кроме гнева комиссара за несанкционированную слежку, могло заставить Уэста так сильно нервничать.

– Есть тут одна… умница-на-заднице-пуговица, – огрызнулся Коннор, пустым взглядом уставился в дисплей. – Увижу – прибью! – негодовал он и опять бросил телефон на стол, чтобы через мгновенье взять и возобновить звонки.

Один. Второй. Третий. В трубке по-прежнему слышались гудки. Потеряв терпение, Коннор набрал ее номер еще раз:

– Последний, – и уже решил бросить это бесполезное занятие, как неожиданно ему ответили… – Ты где? – Уэст помнил, что она ничего ему не должна и не будет играть в подозреваемую на допросе.

Заслышав ее голос, Уэст подпрыгнул со стула и вновь едва не опрокинул стаканчик с треклятым кофе. Фрэнк только недовольно покосился на не в меру возбужденного напарника и отодвинул стакан подальше от документов. Коннор не отличался изобретательностью в темах для бесед. «Ты где? Что делаешь? Почему не отвечала?» – ждало ее каждый раз при их очередном разговоре, порой срывавшемся на крики.