Несъедобный мёд травоядных пчел

Это слишком прекрасный день. Забавно. Последний день жизни. И он такой прекрасный.

Три стука. Открыл дворецкий. Ему платят. Платят за фрак и за то, что он моется каждый вечер и каждое утро. В помещении зал и стулья, расставленные кругом.

Такие как я подтягиваются и рассаживаются. Я занял место у окна, но в окно не смотрел. В окне был лишь стальной серый обоссаный забор. Все в сборе. Все пришли и никто не передумал. Интересно, у них был сегодня прекрасный день? Не важно, ведь я даже не успел всмотреться в их лица.

Давай уже свои пилюли с ядом. С супер ядом, как говорилось в рекламе Общества. Одна пилюля, и все.

Человек попросил подставить ладони темноте.

Я вдруг вспомнил, как в детском саду нас посадили кругом и начали показывать глобус. – Вот здесь – наша страна. – А где огромный водопад, ведущий в никуда? – Что за вопросы, дитя. Земля круглая!

Воспитателю платили за то, что она это говорила.

Глобус тогда сломался. Раскололся на две части, по ровной пластмассовой линии, ровно там, где был океан. – Вон там! Там водопад! – Тише, дитя. Дети, давайте сыграем в игру, давайте притворимся мертвыми, притворитесь мертвыми, ведь Земля сломалась, а мы ее чиним, а вы пока притворяйтесь, пока мы чиним Землю.

И мы притворялись мертвыми. Я помню, как закрыл глаза, откинул голову на спинку стула и судорожно дрожал руками. Мы притворялись мертвыми, пока водопад существовал на самом деле.

Пилюля была холодная, словно на ладонь мне положили лед, но он не таял.

Темнота была настолько темной, что невозможно было к ней привыкнуть. Когда раздавали пилюли, пол скрипел, но скрип утих, и наступила тишина. Мимолетная тишина. Затем у кого-то задрожал голос, кто-то рухнул на пол, кто-то нервно и громко дышал. А мне было так приятно держать на ладони ледяную пилюлю, что я не мог пошевелиться, боясь дать приятному холоду исчезнуть. Слышались захлебывающиеся звуки и падения на пол.

В сентябре я арендовал небольшой рыбацкий катер, много топлива и пропитания. Отчалил рано в полдень. Пересекал океан четыре дня, все время был штиль, иногда ветер создавал рябь на водяном полотне, а больше ничего. На пятый день кончилась половина топлива, и я оказался посреди океана. Достав карту, я сверил координаты.