Мой желанный враг

В этой шлюшке не было, пожалуй, совершенно ничего особенного, но мне нравилось, как она смотрела на меня – с ненавистью, с яростью. Это заводило меня еще сильнее.

– Так сколько, Полина? Не стесняйся, называй свою цену.

– Пошел ты!

– Ты можешь сколько угодно вешать на себя эти фальшивые улыбки при Вите, но я-то вижу тебя насквозь.

– Ты сумасшедший придурок… – она уже нащупывала на столешнице что потяжелее, чем можно было бы посильнее ударить, но ничего подходящего не попадалось.

– Полина…

Меня раздражало ее желание до последнего гнуть свою линию и строить из себя недотрогу.

– Оставь меня в покое!

– Я сразу понял, что ты не так проста. – Я подошел вплотную и вжал ее своей грудью в один из ящиков гарнитура. – Ты ведь не так проста, да, Полина?

– Отойди… – хрипло проговорила она, глядя на меня снизу вверх, точно загнанный в ловушку зверь.

Ее грудь под влажной майкой поднималась высоко на вдохе, а плечи ходили ходуном от страха.

– Все вы одинаковые, да, Полина?

Девчонка вздрогнула, и мой член дернулся, реагируя на соприкосновение с ее бедром. Мы стояли вплотную, точно пришитые друг к другу. Воздух между нами буквально трещал от электричества. Я шумно втягивал носом запах шампуня с мокрых прядей ее волос и ощущал покалывание в кончиках пальцев.

– Пожалуйста, уйди, – всхлипнула она.

– Член с баблом вам покажи, и вы бежите, готовые присосаться. – Я улыбался, видя, как ее глаза наливаются слезами. – Вик для тебя тоже член с баблом, да, Полина? Вывез тебя из твоего Гадюкина, приодел, а дальше что? Думаешь, женится на тебе? – Я рассмеялся. Девчонка смотрела в мои глаза, не шевелясь, а я наслаждался тем, что могу рассмотреть каждую венку, каждый сосудик под ее белой бархатной кожей. Я ощущал, как трясутся ее поджилки, и наслаждался этой едва ощутимой вибрацией.

Толчок! Эта тварь посмела толкнуть меня и тут же поплатилась.

– Не-е-ет… – усмехнулся я, обхватывая ее хрупкое личико своей ладонью и сильно сдавливая. Мой пульс забился где-то в горле, когда я ощутил, как ее напряженные соски уперлись мне в грудь. – Нет, тебе меня не обмануть. Кого угодно, но только не меня.

И тут что-то помутилось в моем сознании.