Злодей моего романа

– Нет. Я тебя совсем не боюсь.

– А высоты?

– Высоты тоже не боюсь. Но предпочитаю зря не рисковать, – я присела на куртку чуть дальше от края.

– Я люблю высоту, – задумчиво сказал Влад. – С нее столько всего можно увидеть… Вон там спичка твоего дома. А вон полосатая труба, рядом с ней здание МЧС, где я работал.

Влад достал две стеклянные бутылки пива, одну открыл и протянул мне. Я сделала глоток. Холодная жидкость, но не такая противная, как год тому назад на пляже. Или я привыкаю.

– Так когда же мы займемся любовью по-взрослому? – Я хотела избежать формулировок Влада, и вот так случайно в мой вопрос прокралось слово «любовь».

Я замерла. Влад бросил на меня короткий взгляд. Отставил бутылку пива и закурил.

– Когда останемся вместе на всю ночь, – произнес он после длинной паузы.

– Хм… я это устрою.

Он улыбнулся. А потом сказал:

– Я тоже люблю тебя, Принцесса.

Я обняла его, положила голову ему на плечо, и какое-то время мы просто сидели, будто накрытые каким-то особым куполом, который делал нас невидимыми для всего мира, недоступными тревогам.

Влад любит меня. Я и раньше это знала, но его слова пробудили во мне какое-то новое, глубинное чувство. Я прорастала в моем любимом мужчине, а он прорастал во мне.

Мы еще с час посидели на балконе, разглядывая далекие свечки многоэтажек, зеленые волны парков и голубиные стайки в синем небе. Где-то высоко над нами светило солнце, но здесь, на балконе, было прохладно.

Влад рассказывал, как перестроит внутри башню, когда она станет его.

И что сохранит балкон для нас, в память об этом дне. Пообещал поставить перила.

Я положила голову ему на плечо, время от времени попивала пиво, наслаждалась запахом Влада, смешанным с дымом сигарет, и слушала его голос, который отзывался в солнечном сплетении.

Мы так мало знали друг друга! Все, что у нас было: редкие разговоры и физическая близость. Мы существовали здесь и сейчас. Прошлое ничего не значило. Будущее мы создадим сами. Настоящего, вот этих самых моментов, было достаточно, чтобы любить Влада всем сердцем, всей душой.

Я знала, что эта любовь, у которой и корней-то вроде не было, победит все на свете. Черт его знает, откуда бралась та уверенность. Но она была незыблемой, монументальной, как эта столетняя башня.

А потом снова пришло время расставаться, и мы поехали домой. Если бы не соседи, снующие туда-сюда, я бы поцеловала его на прощание. А так лишь невольно бросала взгляды на его губы и украдкой облизывала свои.