Сказки Заманулья

– Я не ведьма, – ответила, словно в полутьме, Хельга. – Я его слышу и небо слышу… я, скажите родителям, что я в хлеву с лошадьми и приду только к ужину.

Она направилась прямо в гущу тумана.

– Куда ты?

– Мне надо понять себя, не пугайтесь, я к вечеру вернусь.

И она, не оглядываясь, держась за голову обеими руками, убежала к подножию холма.

Хельге шел семнадцатый год.

– Дни сменяют ночи, ночи сменяют дни. Как это здорово! Сегодня как вчера, вчера как завтра, и все стоит на месте бездыханно, лишь только эти соколы кричат, туман порою разрывая своими крыльями.

Куница пробиралась сквозь лес короткими перебежками, периодически вставая столбиком, тем самым подчеркивая свою важную роль в мире.

– Куницы нужны, куницы важны! Шныряем по лесу, невидимые глазу, словно духи. Рассуждаем.

Зверек очень многозначительно смотрел вдаль, насколько ему это позволял природой отведенный рост. Позволял он немногое, однако куница все же заметила девушку, поднимающуюся на холм.

– И чего это она туда идет? Туда обычно мирские-то не ходят, тумана боятся. Только соколы одни этой горой и управляют, оттого и прозвали ее соколиной, и хода туда мирским нет.

Куница решила подойти к дереву и присмотреться к девушке поближе. Вновь встав столбиком, зверек принялся разглядывать незнакомку.

– Ах ты, заяц бестолковый, да она, гляди, сама-то породы соколиной. Глядит-то как резко. А того, поди, и графова дочь, ленты вон какие на сарафане? Это ж что получатся, графова дочь да соколиной породы… ух, быть беде! Ох, чую своею куньей мордой, доглядит девчонка глазами зоркими, как туман разогнать. Так, сталось, значит, быть переменам, а перемен, признаться, так не хочется, так хочется и дальше в этом навеки зависшем тумане… шнырять.

Тем временем девушка все так же настойчиво шла к вершине холма.

– Как же мне ее остановить? Девчонка, видимо, напористая, ноги о бурелом собьет, а дойдет. Притворюсь-ка дохлым, лягу так очень трагично ей под ноги, испуская жизнь.

– Так она на тебя и наступит, ей сейчас не до того, чтобы куниц дохлых под ногами рассматривать, не трогай ее лучше, грызун.

Рядом с куницей стоял ворон.

– Что за птица такая черная, видимо, падальщик? – с издевкой сказала куница.