Иди ко мне…

Я растерялась, отстранилась, немного покраснела. Что это вдруг? Минута в паре с танцевальным асом ввергла меня в какое-то непонятное состояние, доверия, что ли, желания идти за его движениями без оглядки.

– Язык этого танца не позволяет ничего, кроме самого танго. У вас есть потенциал, обязательно примените его. А вне исполнения, так сказать, в быту, я могу пригласить вас на чашечку кофе, продолжить знакомство?

– Да, конечно. – Я, как завербованная разведчица, согласна была на любые условия.

– Когда вам удобно? Здесь есть замечательное кафе, я освобожусь в пять.

Я подхватила Дианку, недовольную, не дали девочке натанцеваться вдоволь, и пошла на выход, следуя за Исаевым, вернее, за его широкой спиной.

– Что привело тебя ко мне? Хочешь записаться на танцы? Элементарно, у нас всё просто.

– Во-первых, добрый день! Мне нужно поговорить с тобой, лучше в кабинете.

– У меня нет кабинета, он мне не нужен, лишние метры используются по назначению.

– Извини, мне неизвестен уклад твоего детища изнутри. – Я «нажала» на местоимение «твоего» не случайно, очень резануло словосочетание – «у н-а-с домашний клуб». – Но не хотелось бы лишних ушей.

– Я ещё не обедал, предлагаю ресторан. Приятное с полезным.

– Да, конечно, я не отниму много времени.

Честное слово, в этот момент я прочитала на его лице, таком знакомом и родном, утонув в тёмных грустных глазах, желание провести со мной всю жизнь.

– Не балуйся, Динка! Твоё присутствие, Исаев, плохо действует на мою дочь. Не потакай ей, на голову сядет, глазом не успеешь моргнуть. – И опять, да хоть сто раз, говорили его глаза.

Что-то меня не в ту сторону понесло. Сосредоточься, Лиза, дело серьёзное. И я рассказала всё. Что надо и не надо. Моя бедная голова уже не могла хранить такое количество ненужной информации, требовала генеральной уборки.

– А ведь действительно, очень странно, что Гуля продолжает служить при таком биографическом несоответствии с уставом. Что-то тут не то. Мы с ней давно не поднимаем дела давно минувших дней, да и видимся только по праздникам. И знаешь, что ещё? Брат Гули, Борис, родился, когда их «папаша» уже бороздил просторы Вселенной за колючей проволокой. Её мама ездила к нему на свидание, зачем то, ведь они уже не жили вместе.