Паша+Маша=?

Паша+Маша=?

Лена Гурова

Во что превращается жизнь человека, если уходит любовь?.. А во что, когда она возвращается?

Лена Гурова

Паша+Маша=?

И, всё -таки, он ушёл от неё. Когда, казалось бы, не было никаких причин. Они уже пережили подобное больше десяти лет назад. И именно он смог вернуть её. Смог сделать так, что она простила, уверовав в его же любовь. Ей было тогда 38, ему 41. Младшему сыну всего 8 лет. Второклашка, весёлый и любопытный ребёнок, он заглядывал в рот своему отцу, боготворил его и слушался беспрекословно.

Именно из-за него они тогда и придумали папе длительную командировку. А маме пришлось изображать просто маму. А на самом деле, увидев своего любимого мужа в объятиях той женщины, она превратилась в робота, в которого заложена программа на выживание. “Та женщина”, молодуха, была учительницей их дочерей в музыкальной школе. Высокая, почти с мужа ростом, плоская, черноволосая, с большими голубыми глазами и тоненькими верёвочками вместо губ. Полная противоположность. Две дочери, 18-ти и 13-ти лет, учились у неё, любили её и дружили с ней. Мужа не наблюдалось, да и какого-нибудь мужичка рядом тоже. Музыкантше, 30-ти лет от роду, нужно было замуж, любой ценой. Вот и нашёлся Павел, которого она знала уже лет десять, и который проявлял к ней знаки внимания. “Знак за знаком”, цветочки к 1-му сентября, поездка вместе с детьми в парк-заповедник, нечаянное появление в офисе отца своих учениц, подвёрнутая ножка и доставка с этой ножкой домой – и, ву а ля, он уже у неё в постели. Нет, конечно, Маша знала своего мужа, кота мартовского. Он очень любил женщин. Мог среди всеобщего веселья занести какую-нибудь незнакомку на руках при всём честном народе на глазах у жены, мог кидать взгляды в сторону от своей половины, мог даже не прийти домой ночевать, придумав “честнейшую легенду”. А потом, заглядывая в глаза, залить своей жене в уши столько ласковых и нежных слов, доставить ей море удовольствия, уверить в том, что она – единственная, а всё остальное – мишура, лёгкий флирт без, "клянусь, чтоб я сдох", сексуального продолжения, только для веселья, и всё. Бывало, у неё, всё-таки, сдавали нервы, и она отворачивалась от своего благоверного, а то и уезжала куда-нибудь побыть в одиночестве. Вот тогда он таскался за ней, как привязанный, исполнял все желания, покупал красивые вещи, цветы вагонами, украшения, завлекал в ресторан или театр, или, вообще, в какую-нибудь поездку на двоих.