Пробуждение Чёрного Дракона

При их образе жизни подобных ошибок избежать сложно. Как и горького сожаления о них. Но почему-то он запомнился ярче всего. Возможно, потому что жена мельника повесилась, узнав, что никто не ответит за смерть мужа.

– Не собираюсь я никого убивать, – возмутилась племянница.

Внезапный громкий шорох заставил Имарда вжаться в тюки и затаить дыхание. Он не стал вооружаться. Был уверен, что с охраной можно будет договориться мирно. Рэда ощетинилась парными боевыми серпами.

Имард раздражённо коснулся её руки, беззвучно требуя убрать оружие.

Племянница нехотя спрятала изогнутые лезвия в кожаные чехлы, закрепила серпы на спине и подняла вверх свободные от оружия ладони, показывая: насколько она беззащитна. Нож, прикреплённый к её левому наручу, тускло блеснул. Кончик метательной звёздочки выглядывал из скрытого кармана жилетки.

С быстротой молнии племянница могла выхватить ещё несколько орудий убийства или воспользоваться любыми подручными предметами, которых находилось в достатке на торговом складе.

Но теперь Имард мог надеяться, что обойдётся хотя бы без выпущенных кишок.

Тени, раскрасившие склад причудливыми узорами, оставались неподвижны. Пыль ровно висела в воздухе. Встревоживший Шамрисов шорох не повторился. Сгустившаяся тишина начала заполняться прежними звуками. Притихшие мыши осторожно зашуршали в соломе.

Никто из работников склада так и не появился. Шамрисы уже собирались продолжить свой путь, как новый шорох заставил замереть. Раздался тонкий надрывный писк. На пол мягко спрыгнула чёрная кошка с пузатой мышью в зубах.

Взгляд кошки устремился на Имарда. Свежий трупик выпал из пасти. Кошка вздыбилась и зашипела, сверкая золотыми глазами.

По спине Имарда пробежал неприятный холодок, смутное видение о половинчатой драконьей маске уже луну беспощадно вторгалось в его разум вместе с приступами головной боли.

Узкие кошачьи зрачки в золотой кайме затягивали в пучину безумия. Ощущение падения в чёрно-золотую бездну парализовало иррациональным страхом.

– Ой, какая киса! – Племянница потянулась к кошке.

Та перестала шипеть, юркнула между мешков и скрылась в соседнем проходе.

Обиженно хмыкнув, Рэда убрала растрепавшийся локон за ухо. Серёжка в виде кинжала блеснула серебром и спряталась за непослушными прядями. Племянница продолжила путь к центру склада.

Помутнение Имарда нехотя развеивалось, оставляя неприятное металлическое послевкусие. Он уже по привычке потянулся к фляге с медовухой, прикреплённой к поясу.