Руны на броне

Ты поднял знамя, ему не дадут упасть.

Я вскинул на него удивлённые глаза, и он, позволив себе грустную улыбку, продолжил:

– Да Катя твоя займётся, деваться ей некуда. Ты уже немало вложил в оружие и продолжаешь вкладывать. Это она унаследует. Земли от Епархии отойдут Москве, да и пожалуйста – заплатите долги и забирайте. Англичане дают деньги лишь под гарантии. Главное, ты создал общественную силу, что не желает просто ждать успеха или неуспеха всех этих переговорщиков. Эта сила и Церковь найдут других бояр.

– Лестно, конечно, – ответил я, покраснев. – Только очень жить хочется.

– Вот о том и пойдёт у нас речь, – выставил Григорий Васильевич палец для назидательности. – Среди училищ идёт негласное соревнование по дуэлям. Лидерство в этом вопросе приносит внимание, а оно спонсорскую помощь. Благодаря тебе мы уже первые среди кадетских корпусов и вошли в лигу взрослых. Мы очень хотим, чтобы ты продержался подольше!

– А я-то как хочу! – невольно вырвалось у меня.

– Другого твоего отношения я и не ждал, – важно изрёк Григорий Васильевич. – Ты по собственному желанию переходишь на индивидуальную подготовку. Заявление о желании подпишешь у секретаря. Отныне все часы самоподготовки с тобой будут работать наши маги…

– Не могу я в те часы, – мрачно молвил я. – Со мной рыси занимаются.

– Близнецы?! Из твоей дружины?! – обрадовался ректор. – И как успехи?

– Вхожу в транс в бою, – проворчал я нехотя.

– Ещё один рысь! – воскликнул генерал-лейтенант.

– Да какой там рысь, – потупился я, не желая подставлять рыжих. – Потому ещё и не доложили.

– Занимайтесь дальше, – сказал Григорий Васильевич. – Тогда ты моим приказом освобождаешься от политинформации. Тебя информировать, только портить – продолжай любить берёзки.

– Слушаю любить берёзки! – приложив ладонь к виску, подскочил я.

– Да ты садись, – благодушно проговорил ректор. – К сути мы только подошли.

Я присел на краешек, напряжённо глядя на высокого старика в генеральской форме.

– Так я говорил о спонсорской помощи, – вкрадчиво начал Григорий Васильевич. – Приказ мой о твоём освобождении от политики не совсем законный и должен иметь веские основания. Маги с тобой будут работать без платы. А ты уже оплатил всех выпускников, и они тренируются на каких-то британских танках…

– Разреши телефон, Григорий Васильевич, – решительно попросил я.

– Валяй, – пододвинул ко мне аппарат генерал-лейтенант.