Скандальный

Камила со смехом отстранилась и провела пальцами по моему лицу, будто удостоверяясь, что все на своих местах. Физически так и было.

– Ей четыре.

– Ой.

Я облокотилась на стол и внимательнее рассмотрела красавицу.

Мы виделись второй раз, и сегодня я заметила то, что не увидела в первый. Например, она одевалась, как мальчишка, будто пытаясь скрыть, насколько хорошенькой была. Она сразу мне понравилась. Относилась к своей красоте, как к тайне, а потому тщательно выбирала людей, которым ее стоит открыть.

– А ты не болтушка, – заметила я и посмотрела на ребенка, морща нос.

Меня годами обсуждали в моем присутствии, а потому я усвоила, что дети все слушают, понимают и ненавидят, когда с ними обращаются, как с невидимками.

– Можно и так сказать. – Камила прокашлялась, бросила взгляд на корзину с фруктами и, схватив клубнику, отправила ее в рот. – Она не разговаривает.

Женщина жевала ягоду вместо того, чтобы продолжить.

– Да?

Я наклонилась и дала девочке пекан. Дети ее возраста едят пеканы? Я не знала наверняка, но она все равно взяла его и спрятала в карман.

– Я так и не спросила, как ее зовут, – спохватилась я.

– Ее зовут Луна, – послышался голос Камилы возле моей головы.

Она расчесывала мягкие, русые кудри девочки. Луна была обворожительна. В ней одной соединилось все прекрасное, что может быть в человеке. Смуглая кожа и голубые глаза. Они кого-то мне напоминали, но я не могла вспомнить, кого именно.

– Я – Эди, – я протянула девочке руку, но она ее не взяла. Ее отказ меня не смутил и не обидел. – Ладно, – я убрала руку. – Все равно мне твои микробы ни к чему.

Луна подавила фырканье.

– И вообще, не приближайся ко мне, ладно? Ты похожа на ковыряльщицу в носу.

Я любила детей. И не так, как их любило большинство моих сверстниц. Мне нравились упрямые и необузданные.

Я подошла к другой стороне кухонного уголка и взяла из холодильника банку колы. Луна наблюдала за мной с ехидной ухмылкой на полных губах. Я открыла банку и приподняла бровь.

– Уверена, тебе не разрешают пить газировку, да?

Девочка помотала головой. В ее движениях читалась какая-то нерешительность.