Красавицы Бостона. Охотник

Блондинка побежала за мной, сбивчиво извиняясь перед моим отцом, Силли и Киллианом. Оба сидели перед ним за его столом, склонившись над чертежом.

Я жестом велел блондинке уйти.

– Шоу окончено, милая. Можешь и дальше смотреть «Певца в маске» под столом, думая, будто никто не знает, чем ты занята. Так все и было.

Мне хотелось захлопнуть дверь у нее перед носом для большего эффекта, но здесь оказалась одна из этих модных, медленно закрывающихся дверей, так что мы еще секунд восемь стояли и наблюдали, как она уныло скользит до упора.

Я повернулся к отцу и с фальшивой улыбкой раскрыл объятья.

– Athair, – произнес я. «Отец» на гаэльском. – Очень рад тебя видеть. Иными словами, я хочу знать, почему ты продолжаешь на меня наседать, раз и так уже все у меня отнял?

Меня не волновало, что Киллиан и Силли тоже были здесь. Силли был почти что членом семьи, а Киллиан был им по факту. К сожалению, конечно.

Песня текущего настроения: «Greek Tragedy» от The Wombats.

– Ceann beag, вижу, что воздержание дурно влияет не только на твои мозги, но и на манеры. – Киллиан вскинул бровь, которая была на тон темнее моих.

У этого засранца все было темнее, чем у меня, – в том числе душа. Мне всегда казалось ироничным, что имя Киллиан звучит для меня синонимично со словом «злодей».

– У него и так никогда не было мозгов, так что не трать свое время на беспокойство о том, что на них что-то дурно влияет. – Отец, нахмурившись, снова посмотрел на разложенные на столе документы, план нового нефтеперерабатывающего завода, о котором все внизу судачили.

«Ceann beag» на гаэльском означало «малыш», что было бы мило, если бы не то обстоятельство, что не я был ребенком в нашей семье. Ребенком была Эшлинг. В моем понимании я попросту отхватил самую маленькую частичку отцовского сердца из нас троих.

– Соседка пришлась тебе не по вкусу? – Уголок его рта дрогнул в подобии ухмылки, пока он делал пометки маркером по всему чертежу.

Я не заглотил наживку. Он ожидал услышать, как сильно я ненавидел прямолинейную зануду Сейлор. И разумеется, так оно и было, но зачем доставлять ему такое удовольствие?

– Сейлор? Она великолепна. И к тому же чертовски сексуальна. Как жаль, что я в последнее время практикую воздержание, – брякнул я, прислонившись плечом к одной из стеклянных стен.