Школа богатырей. Расколотая мечта

 – И потом, если бы такое лекарство существовало, разве мне пришлось бы ходить на этом?..

Она брезгливо глянула на свои механические ноги, тускло поблёскивающие в свете одинокой свечи, стоявшей на столике у входа.

Харитон проигнорировал её слова. В темноте проступили густые кудрявые волосы бороды. Среди них мелькнули толстые сардельки губ.

– От Яги пришло известие. Темпеста захватил деревню пёсиглавцев. Кунгур не сумел его остановить. Одержимник смертельно ранил семерых его ближайших друзей и соратников. Они живы, но поможет им только чудо.

Он многозначительно замолчал. Варвара застыла. Брови девушки хмурились все больше, пальцы теребили правую косицу.

– Уж не хочешь ли ты сказать?..

Её обожгла мысль. То, что Харитон не счёл нужным сделать для неё, для собственной дочери, отделавшись приобретением механических ног в Туле, он готов делать для незнакомых пёсиглавцев. Незнакомых, но очень важных для интересов княжества и всей Руси.

Варвара ощутила боль. Столько раз уже сталкивалась с рациональной чёрствостью отца, и на тебе – все ещё может испытывать душевные терзания

– Ну-ну, не ревнуй, – пророкотал из темноты Харитон.

– Откуда мы знаем, что оно существует? – спросила она, изо всех сил стараясь, чтобы голос звучал ровно.

– Из двух источников, – Харитон неожиданно улыбнулся. Варвара вопросительно вскинула брови.

– Первый – отряд Полуночи. Темпеста сам рассказал о том Кунгуру. Чтобы поиздеваться.

– Ему можно верить?

– Естественно источник знания нас не устроил, и мы решили перепроверить его. И вот тут-то нас опередил Наум.

– Невозможно! – опять вспыхнула девушка. – Наум просто не может знать библиотеку лучше нас. У него даже доступа ко всем книгам нет.

– Легенда о мёртвой и живой воде, – ответил Харитон.

– Мёртвая и живая вода упоминается в трёх книгах нашей библиотеке, – уверенно затараторила девушка. – "Чудеса и чудесинки" лесного монаха Фотия. Там она подаётся в виде легенды народов севера.

– Ватута Тульский, – продолжил он за неё. – Да, мне это тоже известно. Он правая рука Василисы Премудрой. Не нынешней, хотя и она весьма умна. А её бабки, наимудрейшей и легендарной личности. Он был отличный учёный и тщательный исследователь. Но беда – под старость слегка повредился умом.