Школа богатырей. Расколотая мечта

 – Ёшь-матрёшь! Это я так… Ты чево ты тут деешь?

– Я… Это… – толстоватый парень взглянул на собственные ладони и принялся переплетать пальцы. – Остап никак не угомонится. Стоян хоть и запретил поединки, но зубоскальства не запретишь…

Он взглянул на свои нескладные руки и вздохнул. Любимка подсел на соседний лежак и хлопнул его по плечу.

– Ёшь-матрёшь! Да кого волнуют эти насмешки! Сколь себя знаю, надо мной постоянно кто-то насмешничал. И погляди на меня!

Он встал и раскинул руки.

– Из никому неизвестного послушника и сироты я как в сказке превратился в тягателя школы богатырей и… – он запнулся, но все же договорил, – героя.

Он рассмеялся, чтобы сгладить свою нескромность. Наум веселье не поддержал, сидел хмуря лоб и двигая бровями.

– Эй, ты чего? – нахмурился отрок.

– Любим, а ведь это хорошая идея.

– Что? – Любим опешил.

– Сказки! Ты сказал – как в сказке! – глаза Наума так и сияли.

– Да, и что?

– Лекарство для Варвары! Помнишь, ты меня спрашивал.

И Наум расхохотался.

– Если честно – нет.

Любимка потянулся пощупать его лоб, нет ли жару, но Наум вскочил и забегал меж лежаками. Умник так себя вёл, когда ему выпадала сложная умственная задача.

– Сказки ведь не на пустом месте сложены, – размышлял он. – Наверняка есть какие-то реальные места и события, которые послужили точкой отправления. Надо поискать в легендах и сказаниях.

Любимке хотелось покрутить у виска, но в груди уже проснулась надежда.

– Гляди. Моргулы тоже всего лишь сказка, – сказал Наум убеждённо. – Но это не помешало им почти добраться до тебя!

Любимка задумался.

– А ведь точно. Сказочной напасти надобно и лекарство сказочное!

Он вскочил.

– Умка! Ты гений! Я пойду и…

– Стой! – Наум выкрикнул необычайно громко и твёрдо для него. – Это моя идея, мне и искать.

Любимка рта не успел раскрыть, а Наум уже выскочил из гридницы. Отрок помедлил немного и рухнул на ближайший лежак.

– Мы команда, а за раздумья у нас всегда Наум отвечал, – попытался убедить себя отрок. – Положусь на него! А когда дело дойдёт до действий, тогда на сцену выйду я – смелый побиватель чудищ и сокрушитель одержимников.

Он уставился в потолок, но уже не видел ни стропил, ни настила. Мысли его были далеко.