Школа богатырей. Расколотая мечта

– Аха-ха! Богатырю не терпится схлестнуться!

Кречет взмахнул огромным мечом, нагнетая мощь. Скрипень и дудошник поспешно отступили с его пути. Хохочущий одержимник застыл, подняв гигантское лезвие. Обычно из такого положения он раскалывал землю.

Дун! Дун! Дун! Дун! Сверху, словно огромные ноги чудовищного животного упали четыре толстенных в два обхвата взрослого мужчины ствола. Все они имели темноватый цвет, все ударили точно в те места, где стояли одержимники.

Темпеста кувыркнулся в сторону, Лютик тоже успел отскочить.

– А-а-ах! – одержимник скривился от боли. Меч ощутимо качнулся, но выдержал. Удар отдался в ладонях так, что больно стало даже демону. Бревно рухнуло в сторону и застыло, притворяясь обыкновенным. Хотя какое же оно обыкновенное, коли со всего маху врезалось в лезвие меча, а на нем ни зарубки.

Скрипень вскинул руки. Зиу! Зиу! Пространство над падающим в него бревном треснуло и разошлось, ударили столбы света.

– Так-то! – воскликнул Скрипень.

Без предупреждения бревно рухнуло вниз. Баум-м! Дрожь разошлась по земле от места удара. Одержимника бросило в сторону. Он распластался по земле, ошалело вращая глазами.

– Что же это… – проскрипел он. – Мои лучи нельзя преодолеть!

Ствол остался стоять, будто тоже был обыкновенной деревяшкой, хотя обыкновенную деревяшку луч Скрипеня раздавил бы в труху.

– И это он ещё не явился, – с восхищением молвил Лютик. Пальцы торопливо нащупали дырочки на дудочке. Мелодия полилась тихая и успокаивающая.

Она обнимала стволы, словно чистая тряпица дорогие подарки. Те по прежнему оставались неподвижными.

– Чего ты их баюкаешь, это просто деревяшки! – крикнул Кречет. Меч уткнулся в землю, одержимник сжимал и разжимал кулак, чтобы унять боль. – Как больно!

– Они пропитаны земной тягой, как соты мёдом! – сказал Скрипень.

– Приготовимся, – проговорил Темпеста. – Скоро он будет здесь!

– Я один справлюсь! – крикнул Кречет, подхватывая меч. – Я – лучший из отряда Полуночи!

Он с размаху вдарил по одному из брёвен. То унесло вдаль, оставляя в зарослях полосу поваленных деревьев. Остальные стволы не двигались, Лютик длил мелодию.

Земля застонала и задёргалась. Деревья вибрировали, роняя хвою.