Школа богатырей. Расколотая мечта

 – Прямо в деревню лезешь!

Мальчик выпрямился и оскалился, совершенно не по детски держа себя.

– А чего мне боятся? – скрипнул он. – Здесь нет Буслая. А тебе, Костяй…

Он обвёл богатыря с ног до головы и сплюнул.

– … духу не хватит, чтобы остановить меня.

Он усмехнулся, зло, не по-детски. Богатырь запыхтел и шагнул вперёд. Скрипень подобрался, пространство вокруг заскрипело от напряжения.

– Стой! – из дома старосты вышел писарь Топоток. Он пристально глядел на одержимника.

– Мы его скрутим! – сурово молвил богатырь.

– Нельзя! – ответил писарь и повёл глазами вокруг. Из домов выходили женщины, гридни сидели спокойно, никто даже не встревожился. Улыбка Скрипеня сделалась шире.

– Именно, – сказал он. – Харитоновы прихвостни всегда были умнее обычных богатырей. Так что я, пожалуй… пойду.

И, как ни в чем не бывало, он двинулся дальше. Костяй сжал кулаки и задрожал. Топоток подошёл и успокаивающе похлопал по плечу. Прутик не останавливался. Он удалился по улице на запад. Плечи богатыря опали.

– Как же это, – скрипнул зубами от досады Костяй. – Как можно его отпустить?!

– Если мы затеем сражение, деревне не уцелеть, – тихо молвил писарь.

– Пусть идёт, – сказал большак. – Мы маленькие, ненужные. Доложим дальше, пущай перехватывают.

– Как же это… – богатырь сжал кулак. – …противно! Видеть врага и не мочь…

Он отвернулся и пошёл. Большак думал, что богатырь удалиться, но тот подошёл к лежащему псу.

– Малыша-то за что?!

– Это Тишка – пёс Прутика, – голос большака дрогнул.

Пёс пошевелился и сел.

– Тишка, – сказал большак. – Не Прутик это!

– Ваф! – пёс упрямо тявкнул. Глянув по сторонам, он устремился туда, куда ушёл одержимник.

– Стой, Тишка! – крикнул большак. – Это уже не твой друг.

Пёс никак не отреагировал на крик. Упрямо нагнув голову, он бежал по следу одержимника.

***

А Скрипень уже входил под своды леса с другой стороны от деревни.

Мысли демона рождали в голове человека смутные образы. Чёрный дым заслоняет небо, огонь над аккуратными домиками, разрушающийся храм и сломленный крест…

В своём собственном теле, словно в клетке, сидел маленький мальчик. Прутик ощущал себя в темной комнате, наружу ведут два окна – глаза.