Школа богатырей. Расколотая мечта

Ярополк! Какая же скотина! Готов напасть на девушку! Как это низко! Как недостойно!

Кап-кап! Взор заслонили черные кружащиеся кляксы. Мир застыл, как вмороженная в лёд лягуха. Любимка аккуратно бочком – в последнее время научился это делать – начал продавливаться сквозь воздух. Тот всегда твердеет, когда время замирает. Скорость перемещения столь быстра, что частицы воздуха не успевают расступиться. Приходится раздвигать их, прилагая серьёзные усилия. Если бы не защита земной тяги, от такой скорости содралась бы кожа.

Завернув за угол, увидал застывших вместе со всем миром благородных тягателей и двух друзей. Не обращая внимания на Наума и Наську, скользнул между ними. Встал так, чтобы заслонить толстоватого тягателя от Остапа, по пути дёрнув ремень Ярополка. Казака просто решил отодвинуть подальше.

Руки легли на плечи Остапа и осторожно надавили. Старался не делать резких движений, хорошо помнил, как однажды улетел Иваш, не хотелось бы с казаком сотворить такое.

Но Остап с места не сдвинулся, он, словно налился тяжестью. Любимка нажал сильнее – тот же результат. Он увидел ухмылку на лице княжича. Тот незаметно держал руку на спине Остапа и явно закачал в того земную тягу. Ничего больше не успел. Кляксы закружились и пропали, время вернулось к обычному ходу. Только и успел, что отпрянуть от казака, чтобы тот ничего не заподозрил.

– Ты чего меня хватаешь? – Остап оглянулся. Димитрий все ещё ухмылялся.

– Тебя хотели подвинуть, – кивнул княжич.

– Ты как здесь?!

– Опять его штучки! – крикнул Ярополк. Штаны его упали, обнажая тощие коленки. Настенька хихикнула, в наступившей тишине это вышло слишком громко. Наум не удержался и затрясся.

Ярополк жалобно вскрикнул и закрутился на месте, пытаясь подтянуть съехавшие штаны. Выглядело это столь потешно, что засмеялись даже Остап с Димитрием.

– Ты!.. Ты!.. – гневно вскричал Ярополк, обращая полыхающее стыдом и гневом лицо к Любиму и одновременно натягивая штаны.

– Я! – кивнул Любим и вдруг ощутил внутри себя жаркую волну удовольствия. Это было так неожиданно и так… приятно. Глубоко в нем поднял голову крохотный чёрный щенок. Едва заметно вильнул хвостом. Уши встали торчком. Глаза сверкнули красным переблеском. Любимку озадачила эта странная внутренняя реакция, настолько, что он перестал улыбаться и нахмурился.