Хозяйка мертвой избушки

– Превратить в труху и плесень водой!

На полу появилось грязные пятно и начало разрастаться. Аленка ощутила дрожь избушки.

– Лишить движения и похоронить землей!

За окном громыхнуло, пол ушел из-под ног Аленки. Изба резко просела вниз.

– И наконец разметать по всему Дремучему Лесу воздухом.

Занавески на окнах вспухли и разлетелись, горницу заполнили вихри воздуха. Чугуны и тарелки запрыгали по полу.

– Зачем вы ее пугаете?! – воскликнула Аленка, в ярости позабыв о стыде. – Чем она заслужила? Как не стыдно…

Зрачки Кощея расширились до обычного размера, он захохотал:

– Аха-ха-ха! Искать во мне стыд, как смешно! Стыд свойственен людям.

Кстати, а сама ты чего же не стыдишься? Я слыхал незамужним девицам стыдно, – он выделил это слово, – являтся голой перед особями мужского полу.

Он увидел, как Аленка смутилась и заметалась по комнате, роняя вещи, вскрикивая от боли и нашаривая какую-нибудь одежду. Ничего не нашла, ухватила дерюгу и закуталась в нее, Кощей оборвал смех.

– Ты зря печешься об избе.

Коли к ней у меня возможности только стихийные, ты, как новая хозяйка, в полной моей власти. Я могу просто включить в тебе боль…

Он щелкнул пальцами, ладонь Аленки обожгло, словно она сунула ее в кипяток. Девушка вскрикнула и затрясла ладошкой, но пальцы продолжало жечь.

– … и уйти гонять чаи, – продолжал Кащей. – А могу и вовсе позабыть про тебя и занятся другими делами.

Аленка застыла, подрагивая всем телом. Руку держала на весу, зубы скрипели, она вся напряглась, лишь бы не закричать.

Боль была такой сильной, и к ней невозможно было притерпеться, она будто освежалась каждую минутку.

– Но я постараюсь не забывать, – добавил красавец. – Потому как случалось, что преждние хозяйки сходили с ума от этой боли. А ты мне еще понадобишься.

Он вновь щелкнул пальцами, и Аленка выдохнула, уронив руку. Боль была столь острой, что ее отсутствие ощущалось, как наслаждение.

– Пожалуйста… – пролепетала Аленка. Кощей высокомерно улыбнулся тонкими губами.

– То-то же…

– Пожалуйста, впредь наказывайте только меня, – закончила девица.

 – Не трогайте Чудышко… Избушку…

Кащей поменялся в лице.

– Что?! Ты жалеешь ее?! Да я…

Было видно, что он борется с желанием вернуть боль. Изба приподнялась, позабыв о страхе. Переживала за новую самоотверженную хозяйку.

– Ладно, к этому еще вернемся. А теперь я хочу обрисовать тебе твою задачу, как хозяйки избы. Главная цель – усмирение рода людского. Слишком уж вы… они расплодились.