Надежда

В ее голосе слышалось какое-то особенное недетское сочувствие.

– А почему в ясли не отдадите? – осенило меня на удивление простое решение их проблемы.

– Пока дождемся своей очереди, Муська уже в школу пойдет. Да и платить там надо, – со знанием ситуации мягко, без раздражения ответила Зоя.

Валя занялась посудой, а я подошла к малышке. Муся хаотично болтала ручками и недовольно кряхтела.

– Чего она просит? – спросила я новую знакомую.

– Сухих пеленок. Соседка не позволяет их на общей кухне развешивать, а в комнате не успевают сохнуть, потому что я форточку не открываю.

Она развязала тесемки, которыми были перевиты ножки девочки, развернула мокрую пеленку и вытерла розовую попку.

– Начали кашкой кормить, а желудочек не принимает, вот и пачкает подгузники чуть ли не каждый час, – между делом рассказывала мне Зоя.

– Можно мне подержать твою сестричку? – несмело попросила я.

– Заверну, сначала. Ты только головку придерживай, – озабоченно предупредила меня маленькая няня.

Я еле дышала от волнения и никак не могла взять девочку. Рук не хватало. Зоя снисходительно засмеялась, а потом покровительственно, но весело растолковала:

– Представь себе, что это кукла. Смелее!

Она положила Мусю на мои деревянные руки, а головку приклонила на плечо.

Пришли еще две девочки поиграть с малышкой. Они щекотали ей щечки, совали в рот тряпочки, бумажки, а она хватала их ротиком и сердито морщилась.

Я в ужасе закричала:

– Разбилась!

– Не бойся, маленькие падают, как кошки, мягко, – успокоили меня девочки, схватили орущий кулечек и потащили на кухню.

Зоя прижала к себе сестричку и заговорила нараспев:

– Ах ты, моя маленькая, хорошенькая. Не плачь, крохотуля бестолковая. Скоро придет мамочка и покормит тебя как надо.

Она целовала сморщенный лобик и пушистую рыжую макушку малышки.

Зоя быстро налила в бутылку молока, натянула соску и попросила старшую подружку покормить Марусю. Крошка от удовольствия засопела. Но тут соска выскочила из ротика, и молоко полилось по личику. Муся поежилась, потом закричала, но нянька, увлеченная разговором, ничего не замечала. Я сунула соску в орущий ротик. Малышка закашлялась и стала извиваться всем тельцем. Поняв свою вину, я заревела.