Сила жизни

Мы не скучали, он был интересным собеседником, веселым, любил шутить.

– Я думаю, что вам пора возвращаться,– внезапно прервала нас Ортис. – Мы узнали достаточно.

– Ты не полетишь с нами? – удивилась я.

– Не сейчас. Я хочу проследить за темной материей в тот момент, когда вы будете вводить Машу в сон. Я хочу помочь вам. Возможно, я что-то выясню или увижу.

– Я пойду с тобой, Ортис,– твердо сказал Илин. – И нам не помешала бы помощь еще нескольких основателей.

– Возьми моего отца и брата,– неожиданно предложил Горг.

Мы вернулись домой без Ортис. Горг был возбужден и, бегая по залу, строил планы. Егор сидел опечаленный, и все время поглядывал на меня, избегая встречаться со мной взглядом. Рауль сидел рядом со мной, крепко прижимая меня к своей груди.

– Ра-Ойл, мы войдем вместе с Машей в ее сон, и попробуем вытащить Маранту, и разобраться с этим Таргусом,– деятельно проговорил Горг.

– Как ты собираешься с ним разбираться, если он невидим? – без энтузиазма ответил Рауль. – Мы даже не знаем, где он находится, чтобы достать его.

– Ладно, но Маранту мы сможем вытащить,– чуть убавив свой пыл, произнес Горг.

– Маша,– внезапно сказал Егор,– ты думаешь, мне безразлично, что с тобой происходит? Ты думаешь, меня волнует лишь Маранта?

– Я так не думаю, Егор,– тихо ответила я.

Он, словно, не слыша меня, продолжил:

– Это не так, Маша. Конечно, я хочу вернуть Маранту, но не ценой твоей жизни.

– Егор, не надо,– чуть слышно проговорила я.– Мне тяжело все это. Я не хочу думать, что кто-то из нас умрет или пропадет. Я просто хочу сделать, что надо, и не вдаваться в тягостные раздумья.

Рауль застонал и схватил меня за руку, поднимая с дивана. Я даже испугалась, этой внезапности. Он сквозь зубы бросил Горгу и Егору:

– Не ходите за нами.

– Рауль, почему мы здесь? – изумилась я.– Уже вечер, нам надо подготовиться и все продумать.

– Маша, я не могу, не могу слушать, как ты готовишься уйти. Ты понимаешь, что это может означать? – он заглянул своими полыхающими глазами в мои, и я увидела такое же горящее мучение на искаженном лице. – Я не могу отпустить тебя, Мария, не могу. Не в силах.

Он стал целовать меня с какой-то жадной горячностью.