Сила жизни

– Она замечательно проходит в эту реальность в своем особом сне,– заявил Горг.

– Почему она умеет это делать? – пытливо спросил Илин.

– Мы не знаем,– ответил Рауль.

– Вероятно, она может входить в чужое сознание? – продолжал выяснять он.

– Я вижу основателей и чувства людей, именно вижу,– с трепетом подтвердила я.

– Так я и думал. Твоя необычность создана умышленно, Маша. Ты в чем-то сама виртуальна. Ра-Ойл, ты должен знать это. Маша, то есть ее физическое тело, может уйти из своей виртуальности в другую реальность.

У нее есть свой путь туда. Несомненно, Таргус сделал так специально, чтобы иметь возможность воспользоваться твоим телом. В обычное, он не войдет. Если Маранта никогда не умела попадать в другую реальность, то для него она будет бесполезна. Его попытка совершить этот отчаянный шаг погубит ее.

Егор застонал. Рауль был в тревоге, а я сознательно подавляла свою панику, чтобы не расстраивать его еще больше. Я решила отвлечь всех от этой грустной темы.

– Илин, расскажи мне, каким был этот Таргус Ро.

– Он был ученый. Ему хотелось все узнать и изучить. Он был талантлив и его начинаниям всегда сопутствовал успех. Он хотел много сделать, и если бы не черная дыра, он бы сумел изучить темную материю.

– Понятно,– проговорила я.– Но какой он был? Он любил тебя, Илин?

– Любил? Ну, да. Я думаю, любил. Он всегда звал меня с собой, когда делал что-то интересное. Я помогал ему в наблюдениях, он ценил во мне это качество. Я замечал незначительные изменения в его опытах, или какие-нибудь отклонения.

Мне не удавалось интерпретировать эти значения, а Таргус с легкостью делал выводы.

– Мне знакомо это,– проворчал Горг. – Ра-Ойл тоже всегда был наблюдателен. У каждого свой талант, Илин. Тебе надо было идти своей дорогой.

– Мне было самому интересно с ним работать, Горг. Нам было весело.

– Илин, он был добрым? – спросила я.

– Трудно сказать, Маша. Чтобы увидеть это качество в действии, надо поставить Таргуса в такие условия, где бы он мог проявить его.

Мне кажется, что у нас не было подобных обстоятельств.

– Он умел любить? – вновь спросила я.– Заботиться о ком-либо?

– Не могу сказать. В его планы не входило создавать живые творения. Ему нравилось создавать свои миры, но не населенные разумными существами. Он хотел все свое время посвящать изысканиям.

– Как все знакомо,– обреченно пробормотала я себе под нос. – Он был счастлив?

– Мне, кажется, что да.