Утопия о бессмертии. Книга третья. Любовь и бессмертие

– Вы позволите посмотреть другие работы вашего брата? – оживилась Катя.

– Конечно! Пожалуйста, они тут за стенкой в чулане. Пойдёмте, я покажу. Там, правда, давно не прибирались и, наверное, пыльно. Но освещение там хорошее.

Я взглянула на другие работы художника, и, на мой взгляд, они были слабее. Зато Катя погрузилась в изучение «художеств», позабыв обо всем.

Оставив её с Эдвардом в кладовке, я вернулась в мужской салон. Серёжи не было, граф сидел на диване в дальней части салона с бокалом вина в руке, а Максим выкладывал шары на бильярдный стол.

– Мама, сыграем?– предложил Максим.

– Нет, сынок. Не интересно.

У меня есть удивительная для меня самой и обнаруженная совершенно случайно способность точно рассчитывать траекторию бильярдного шара. Слово «рассчитывать» не отражает сути, я не рассчитываю, я просто знаю, куда и какой силы должен прийтись удар кием, чтобы шар зашёл в лузу. Если я разбиваю пирамиду, то я и заканчиваю партию.

Максиму передался мой «дар». Изредка мы устраиваем бои по одному из вариантов. В одном случае мы играем на скорость – задача состоит в том, чтобы за определённое время положить в лузу, как можно больше шаров, при этом каждый играет за своим столом. В другом случае после каждого удара мы обмениваемся столами, и тогда задача усложняется – одним ударом нужно и загнать шар в лузу, и оставшиеся раскатать по полю так, чтобы партнёру было сложнее их «взять».

– Давай поочерёдку сыграем, – настаивал Макс, – за одним столом не так интересно, но что есть…

– Давай.

Виталий долго не мог взять в толк, «какой такой ерундой» мы занимаемся. Оказавшись азартным болельщиком, и, видя, как мастерски я или Макс работаем кием, он с возмущением вопрошал, зачем мы раскатываем самые удачные связки шаров, и почему у каждого есть только один удар.

Партию в итоге выиграл Макс.

– Мама, я не помню, когда я тебя в последний раз обыгрывал! – Светясь мальчишеским удовольствием, он подхватил меня за талию и закружил.

– Макс! – ахнула я. – Отпусти! Макс! Я мать, как-никак!

– Реванш не хочешь? – перестав кружиться, хитро прищурившись, спросил он.

– Только если ты поставишь меня на ноги!

Отбросив назад голову, Макс расхохотался.

В этот раз выиграла я с перевесом в один шар.