Долгий путь

Сосед по комнате сказал, что лучше Петру не вмешиваться, он все равно ничего не сможет изменить. Но Петр не был бы самим собой, если позволил бы совершиться такой несправедливости с этой девушкой. Непонятно, чем она его зацепила и почему стала так дорога. Он видел ее всего три раза. Кто она ему? Однако не только во время отдыха, но и на тренировках он все время отвлекался на мысли о Ксилуан. Однажды вместо соперника в тренировочном бою, он увидел ее. Так продолжаться не могло и он решил действовать.

Чтобы оградить эту девушку от требований ее родственников, ему пришлось бы уйти из Шао.

Похоже, что сейчас он должен был принять решение , остаться или уйти из обители.

Вот уже шестой год Петр жил по законам монастыря. Он встал, как обычно, рано утром. В пять часов начал тренировку, когда устал, перешел к медитации, чтобы успокоиться и восстановить силы. Сегодня он смог отлучиться из обители ненадолго лишь в шестом часу вечера. За воротами вздохнул полной грудью, расправил плечи. Мелькнул девичий силуэт.

Оказалось, что Ксилуан ждала его неподалеку в лесу. Она шла ему навстречу. Сердцебиение парня ускорилось. Она ждет его! Эта красивая девушка выбрала его, а не Жун Хи.

– Ты пришла!– поприветствовал Петр с радостным блеском в глазах. Как ни учили сдерживать эмоции, сейчас ему казалось это неправильным.

– Я пришла попрощаться. Я больше не смогу противиться моим родным, – грустно сообщила Ксилуан.

– Ты решила сдаться? – он не верилтому, что услышал, – ты не такая.

– А что я могу? – развела она руками.

 – Идем. Я попрошу твоей руки, – Петр поймал ее ускользающую руку.

– Но ты монах. Тебе нельзя, – возразила Ксилуан.

– Я оставлю монастырь. Стану растить рис, – тряхнул он головой.

– Где ты возьмешь землю? Меня не отдадут за чужака без средств, – горестно покачала она головой, – несколько медных монет ничего не решают. Кстати, возвращаю тебе долг, – она протянула горстку медных монет на ладони.

– Ты права. У меня нет земли, нет средств, но Жун Хи ведь живет в пещерной деревне, и у него тоже ничего нет, – Петр даже не взглянул на монеты.

При мысли о неведомом толстом Жун Хи, невыносимо свело скулы и заныло в затылке.

– Он не чужак. В пещере ему выделят личный отсек, если он женится. Вот и выкуп уже заплатили, – она все еще держала руку с раскрытой ладонью, на которой лежали монеты.

– Не нужно ничего возвращать, я ведь об этом никогда не говорил, тем более, что они не помогли выздороветь твоему отцу. Давай просто сбежим.