Идеальный мир

– Ну, а если даже это правда, – отозвался Леон, покусывая сорванную травинку, – быть может это и не так уж плохо, а, майор? По крайней мере, мы знаем, где девочка, верно? Макс медленно покачал головой.

– Не знаю, но мне всё это очень не нравится, – он снова взглянул на часы, – скоро рассвет, Лео, машина может появиться в любой момент, ты лишь в самом крайнем случае прикрываешь меня отсюда, но не высовывайся, слышишь? Если получится всё сделать аккуратно, твоё вмешательство вообще не потребуется.

Ты понял меня, капитан?

– Так точно, майор, – кивнул Леон. Максимилиан Корвин внимательно посмотрел на него:

– Я говорю серьёзно, – отчеканил он, – если угодно – это приказ… Ты никому не сможешь помочь, если тебя прихлопнут прямо на дороге, а затем наспех закопают в этом самом лесу. Он наклонился к Лео, наливавшему крепкий чай в два никелированных стаканчика:

– Мне нужно, чтобы ты передал полиции всё то, что я тебе рассказал, а также показал снимки, которые сделал, – он взял из рук Лео стакан, – в случае если я, – он сделал глоток, – не дам о себе знать.

Он остановил взмахом руки пытавшегося что-то возразить Леона, и шёпотом добавил:

– Со мной всё будет в порядке… Всё что мне нужно сделать, – это оказаться на территории, а с такими аргументами, – он легонько коснулся жилета, -спорить довольно трудно… Так что действуешь только по моему сигналу, ясно? Капитан Барра угрюмо кивнул.

– Лео, – негромко окликнул друга Корвин, не глядя на него.

– Я понял, майор, – отозвался капитан, – действовать по твоему сигналу.

– Я не об этом… Спасибо тебе, – он сделал ещё несколько глотков терпко-сладкого напитка, – за всё…

– Не стоит, – отозвался тот, – попади я в такой переплёт, разве ты не поступил бы так же? – он протянул Максу сэндвич, – Ты должен что-то съесть, ты ведь знаешь… – майор медленно выдохнул и затем кивнул. Несколько минут было тихо.

Он вдруг вспомнил, как года три назад они отдыхали и уже не в первый раз у семьи Барра в их летнем доме на озере.

Тогда его брак с Линдой уже трещал по всем швам, но они на что-то смутно надеясь, пытались удержать то, что ускользало, растворялось безвозвратно, бесследно и почти безболезненно. Они, зачем-то оттягивая неизбежное, старались воскресить то, что уже отжило и уходило в небытие. В каком-то судорожном, обоюдном рвении они, видимо намеревались воскресить то, что было между ними когда-то.