Клён и братья Гнева

Клён и братья Гнева

Евгения Райнеш

После Вторжения, изменившего привычный мир, прошло несколько лет, и жизнь потихоньку налаживается. Я наконец-то начинаю чувствовать, что быть хозяйкой Дома Шиори не только сплошные хлопоты, но еще и приятные привилегии. Но наслаждаться ими в полной мере не дает старая контузия. Из-за нее брат закрыл меня в Доме и никому не дает ко мне приблизиться? Или… У него есть другая причина?

Евгения Райнеш

Клён и братья Гнева

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

1. Пламя и пепел

Поезд разгонялся по крутому склону перед тем, как ворваться в радугу.

Когда я наконец-то взяла себя в руки и немного успокоилась, картина за окном уже сменилась. Остались позади окраины столицы: исчезли полустанки с короткими платформами, и все эти пристанционные маленькие домишки, и заводские трубы, коптящие клочковатым черным дымом в небо.

Это была хорошая идея: добираться до последней станции перед Стрепом поездом, который, как оказалось, развивал очень приличную скорость.

Экипаж, даже управляемым Гневом, шел бы не так быстро.

– Сейчас будет самый длинный туннель Ронга, – сказал кто-то совсем рядом. В мужественном голосе прозвучал детский восторг, но слова пронеслись мимо меня. Не задев, уплыли в неведомую даль вслед за дымом, который стелился над крышей нашего паровоза.

Так что я не ответила. Даже не шелохнулась. Несмотря на то, что прошло уже много времени с тех пор, как поезд покинул столицу Ронга, отчаянная решимость все еще переполняла мое разгоряченное сознание.

В таких растрепанных чувствах я не ручалась за то, что могу вытворить в следующее мгновение. Мне еще хватало остатков здравого смысла просто ничего не делать, пока в голове хоть немного не прояснится.

Сколько просидела вот так? Не знаю. Вздрогнула и пришла в себя только, когда вагон дернулся на стыке, и баул больно ударился в мое бедро. От боли вышла из своих мыслей и огляделась.

Я взяла билет в купе второго класса: не слишком роскошно, но довольно комфортно. Симпатичная отделка под темное дерево, сидения оббиты мягким серым бархатом.

Достаточно светлым, чтобы смягчить торжественную тень от стен, и в то же время настолько туманным, чтобы не бросалась в глаза затертость.

Мы и в самом деле въехали в туннель. На секунду купе поглотила непроглядная мгла, но тут же замерцали бледным и сумеречным светом молочные шары-светильники на потолке и в боковых нишах. Свет был рассеянный и слабый, но хорошо проявлял мое отражение в темном окне.