Доброе утро, почта!

– Я думаю, если вы не против, Надежда Филаретовна, давайте пройдем в квартиру покойной, – вмешался Ракитин, несколько уставший после суточного дежурства. – И захватите, пожалуйста, паспорт.

Подойдя к двери 27-й, следователь нажал на звонок. Подождав около минуты, он повторил эту процедуру.

– Похоже, никого нет, – медленно проговорил он.

– Ну что, надеюсь они подойдут, – и следователь вынул из кармана ключи, обнаруженные у покойной.

– Ну вот, прошу, – немного повозившись с замком, распахнул двери следователь.

Он прошел в квартиру первым, за ним Фирсова, потом Толкучников, замкнул цепочку участковый.

– Ну что же, давайте приступим к осмотру, – раздеваясь в прихожей, предложил он. – Граждане понятые, будьте внимательны!

Толкучников важно кивнул, он явно упивался процедурой, Надежда Филаретовна же никак не прореагировала, термитник на голове даже не шелохнулся. По всей ее позе, выражению лица сразу было видно, что понятая находится наизготовке и без всякого напоминания крайне серьезно относится к выполнению своих обязанностей.

– Да, богатый дом, – прокомментировал следователь, входя в гостиную, едва сдержавшись, чтобы не присвистнуть.

(Тут автор для экономии времени читателя не будет описывать обстановку, по мнению автора, описания в первой главе было достаточно, чтобы составить впечатление о Долинской, как о состоятельной женщине.)

Следователь, участковый и понятые пробыли в квартире минут пятнадцать-двадцать. Ракитин повыдвигал ящики письменного стола, заглянул в секретер.

"Не ахти какая сумма," – прикинул он, – "наверняка где-то на счетах было гораздо больше. Ну, ничего, найдется".

Какого-либо завещания или дарственной ему тоже обнаружить не удалось.

– Ты, кажется, говорил, Кирилл, что как-то был здесь? – вспомнил Ракитин.

– Да, Аделаида Григорьевна пригласила, – подтвердил Синицын.

– Ну-ка, посмотри навскидку, не бросится в глаза отсутствие какой-либо вещи или, наоборот, присутствие чего-либо нового?

Синицын минуту осматривался повнимательнее, потом покачал головой.

– Нет, вроде все на месте, но я и тогда не вглядывался, Андрей Елисеевич.

– А кто-нибудь из вас, уважаемые, был в этой квартире раньше? – обратился к понятым следователь.

– Я бывал два-три раза, – откликнулся Толкучников. – По приглашению Аделаиды Григорьевны. Я скажу сразу, что, по-моему, ничего не пропало и не появилось. Но я точно не приглядывался.