Между раем и адом. Третья книга трилогии «Неприкаянная душа»

В одну секунду немногочисленные пары повыскакивали на середину зала и, прилюдно томно обнимаясь, принялись ритмично перебирать ногами.

Полутьма по-отечески скрывала нас от любопытных посторонних взоров. Принесли салаты и бутылку вина. Я выпила, обозрела влюбленные парочки, и горькие слезы сами собой полились из моих накрашенных глаз.

Писаная красавица Алиса Смирнова снова одна. У детей своя жизнь, а Сергей в очередном загуле. Не родись красивой, а родись счастливой.

– Смотри, не напейся, – вырвал у меня из рук фужер до тошноты правильный Карлос.

– Можно пригласить вашу даму? – мягко произнес кто-то за моей спиной.

Я стремительно обернулась на неизвестный приятный голос и с удовлетворением подметила высокую, статную личность в ладно сшитом, наверное, очень дорогом костюме.

– Пожалуйста, – торжествующе улыбнулся домовой и с нежностью вытер салфеткой мои заплаканные глаза.

– Это отец? – положив невесомые руки на мою талию, с придыханием поинтересовался новоиспеченный кавалер.

– Нет, дядя, – неприлично шмыгнув носом, я с пристрастием посмотрела на незнакомца.

Несомненно, он был красив: большие темные глаза, тонкий аристократический нос, властные губы и неприметная ранняя седина на висках.

– Мое имя Михаил Орлов, – с интересом вглядываясь в блуждающие зрачки излишне любопытной партнерши, улыбнулся мужчина. – А ваше?

Пришлось представиться.

– Я живу в Англии, – вновь подал голос господин Орлов.

– Аборигенка, – силясь ускользнуть от его испытывающего взора, неловко пробормотала я.

– В таком случае смею надеяться, что у меня появится высокооплачиваемый гид! – высказал дерзкое предположение самонадеянный, как и все его земляки, британец.

Нет, это уж слишком!

– Ваша покорная слуга воспитана в старых домостроевских традициях и на взаимоотношения противоположных полов придерживается пуританских взглядов, – напыщенно изрекла я и попыталась выскользнуть из цепких рук англичанина.

– Простите если чем обидел вас, сударыня, – не отпуская мою физическую оболочку, склонил в изящном поклоне благородную седину Михаил.

Почему я вырываюсь из рук интересного, обходительного мужчины? Что мешает мне назло изменнику Сергею наконец-то завести настоящего любовника? Сей красавчик, как и я, сотворен из живой плоти, он не унесет меня в другое столетие, не разлучит с детьми и внуками.