Безрассудные. Книга 1

Надеюсь, ты умеешь хранить секреты, – сказала женщина, с иронией наблюдая, как неуклюжая девушка пытается угнездиться в низком, глубоком кресле напротив нее, инстинктивно пытаясь скопировать ее позу.

– Если честно, я и представить не могла, насколько Вы отличаетесь в реальной жизни от женщины из телевизора, миссис Бэл. В хорошем смысле, – поспешила добавить Шэннон.

Марина вежливо улыбнулась.

– Можешь обращаться ко мне по имени.

Девушка закивала, продолжая рассматривать симпатичную и очень загадочную женщину, буквально сотканную из магии и шарма.

Некоторое время они сидели молча, разглядывая друг друга, затем Шэннон осмелилась сказать:

– Я понятия не имела, что у Вас такой взрослый сын.

Горькая усмешка появилась на лице ее очаровательной собеседницы.

– Эвану всего двадцать один, – заметила Марина. – Просто ему пришлось быстро повзрослеть. Я не смогла обеспечить ему нормальные тинейджерские годы.

Шэннон услышала боль в ее голосе и посмотрела на нее со смесью любопытства и жалости.

Миллион вопросов крутились на кончике языка девушки, когда Марина, наконец, сказала:

– В действительности я хотела встретиться с тобой, Шэннон, чтобы обсудить один деликатный вопрос.

– Деликатный вопрос? И как я могу Вам помочь? И почему Вы решили, что я смогу помочь? – неуверенно пожала плечами сбитая с толку девушка.

Марина сделала глубокий выдох и помедлила с ответом.

– Ты пишешь статьи о Джейсоне Ламберте, которые публикуются в The Sun! И, хм, по странному стечению обстоятельств, как тебе известно, я имею некоторое отношение к этому мужчине, – Марина посмотрела прямо в глаза покрасневшей Шэннон.

Девушка почувствовала себя неловко. Ее сердце сжалось. Как, черт возьми, эта женщина могла узнать, что именно Шэннон писала для The Sun!, если она использовала другое имя? Конечно, она могла догадаться, но Шэннон и представить не могла, что Марина Бэл имеет такие отличные детективные способности.

Марина заметила сомнение в глазах девушки и твердо сказала:

– Я знаю это наверняка и предпочла бы, чтобы мы не тратили время на отрицание и доказательство очевидного.

Шэннон коротко кивнула. Марина была права, и девушка не хотела выглядеть дурой, которой на самом деле не являлась.