Птицелов

Прошло не менее минуты, прежде чем – после мучительных усилий – он снова ухватил нить разговора.

– Муж и жена – одна сатана. Ладно… Но когда человек создает семью, у него появляются дети. Он, дурак, радуется, верит – цветы жизни, преемственность поколений, а на самом деле – бац! – Пименов потянулся к стопке.

Я как бы невзначай отодвинул ее.

– Но ведь Яна – прекрасная дочь.

Его лицо сделалось похожим на печеное яблоко.

– Она славная девчонка, нет слов. Не плакса. Нет. Не ноет: ах, я несчастненькая, ах, убогая… Молодец! Только не все зависит от людей… – Мысли Пименова путались, но я чувствовал, что сейчас услышу все-таки нечто важное.

– Что подкосило, Никола?

Он приложил палец к губам:

– Только смотри: ни-ни! Никогда не заговаривай с ним об этом и, упаси Бог, не ссылайся на меня. Не то – дружбе конец!

Он снова надолго замолчал.

Чтобы поощрить его к откровениям, я долил стопку и молча придвинул к нему.

– Давняя история… – Пименов взял чарку, расплескав половину на постель. – Янке было лет пять… Или шесть… И откуда взялся этот псих с кувалдой? – Он плавно заскользил к подушке.

Я довольно резко вернул его в исходное положение.

– Какая кувалда, Николай?

Он тупо уставился на меня.

– Какая кувалда? – повторил я.

Пименов вдруг хрипло рассмеялся.

– Да не кувалда, дурья твоя башка, а булава. Ты, вообще, можешь отличить булаву от кувалды? А еще биз… мис… – Последнее слово явно не давалось ему.

Я предпринял отчаянную попытку взбодрить его погасающее сознание.

– Выпей, Николай! Яне было лет пять или шесть… При чем здесь булава?

– А при том что у маленьких девочек, на беду, очень хрупкие косточки… – Он выпил, запрокинув голову, да так вместе с чаркой и завалился набок. Через секунду послышался мощный храп.

Досадно! Не вовремя отключился мой друг Николя!

Я стащил с Пименова туфли и уложил его поудобнее, на всякий случай повернув лицом к стене.

Затем, выждав для верности с пяток минут, приступил к обыску.

Напрасно я предполагал, что это простое дело. Десятки коробок, где хранились сотни конвертов с коллажами, фотографиями и рисунками, обещали веселенькую работенку. Притом я не знал, что искать. Совершенно.

Тем не менее я добросовестно перелопатил архив Пименова, не упуская того из виду. Но «свободный художник» спал сном праведника.

Пусто. Ничего подозрительного.