Забытый Источник

Однако, подъехав к зданию с вывеской «Районное отделение полиции 12» он обнаружил, что рядом с ними паркуется Алёна.

–– И что ты здесь делаешь? – не скрывая раздражения, поинтересовался он.

–– Должна же я знать, в чём обвиняют моего студента. Тем паче, что студент этот – иностранный подданный. И хочу, чтобы ты знал – не люблю, когда мне указывают.

Пожав плечами, Саймон прошёл за стражем. Алёна проследовала за ним.

Глава 6

В небольшой кабинет участкового народу набилось столько, что яблоку было негде упасть.

Среди присутствующих Алёна с удивлением опознала в громко вопящей даме институтскую завхозиху Зою Олеговну. Её ненаглядный сыночек Феденька притулился на стуле, стараясь быть как можно незаметней, что при его габаритах получалось плохо. Когда он поднял голову, Алёна заметила цветущий под глазом огромный синяк и разбитую губу. Увидев Саймона, парень хрюкнул, бросив на него затравленный взгляд, и вообще сдулся, как воздушный шарик, из которого выпустили воздух.

Двух других, стенающих и демонстрирующих побои на всеобщее обозрение, раненых в пылу разборки бойцов Алёна не знала.

Видела пару раз, как они пили пиво у местного торгового центра, но понять, каким образом они связаны с Федюней – именно так называли толстяка все, кто был с ним знаком, она не могла. Отпрыск начальницы над совками и мётлами был мало того, что похож на средних размеров бегемота, так ещё в придачу был глупым, вялым и безвольным маменькиным сынком. Кто пальцем поманит, за тем обычно и шёл, как телок на верёвочке.

Басовитые вопли дородной Зои Олеговны перекрывал визгливый голосок невысокого худого мужичка в столь безвкусно подобранных дорогих шмотках, что от одного взгляда на него начинала болеть голова.

«Чисто попугай Кеша в колхозе», – подумала Алёна, сходу узнав в голосистом пижоне Константина Борисовича Савоськина директора областного рынка и по совместительству папашку надоедливого Кольки.

–– А ну заглохли все! Живо! – цыкнул Марат Михайлович на собравшихся и прошествовал к своему столу.

Когда завхозиха снова было принялась выть белугой, требуя для Саймона чуть ли не смертной казни, участковый, скривился так, словно у него внезапно заболел зуб, и злобно гаркнул:

– Я сказал, заткнуться! Иначе всех сейчас в камеру определю, она быстренько успокоит.

–– Молодой человек, – обратился он Саймону, – ваш паспорт.

Саймон спокойно достал тёмно-красную книжицу, украшенную золотым гербом и присел на указанный стул.