Заложница

Мы несколько раз сталкивались на светских раутах, и всякий раз меня пугал острый, пронзающий насквозь взгляд из-под нахмуренных бровей. Стального цвета глаза буквально приковывали к месту. Заставляли почувствовать себя маленькой девочкой рядом с большим и опасным зверем. Хищным зверем.

Хозяин теперь смотрел прямо на меня, в упор, бесстыдно разглядывая и будто бы оценивая. А я рассматривала его.

Неудивительно, что на светских тусовках он привлек мое внимание. Выше среднего роста, атлетически сложенный, он выгодно выделялся на фоне тощих фанатов седьмых айфонов, раскормленных жертв фастфуда, накачанных белковыми коктейлями завсегдатаев финтес-клубов.

Звериная грация и изящество сквозило в его фигуре. Он двигался так, будто все вокруг были жертвы, а он хищник. Сейчас он сыт и роковой прыжок не унесет ничью жизнь. Но скоро он будет голоден, и тогда спасения вам не будет. На смуглом лице блестели серые глаза, похожие на стальные клинки. Взгляд острый, умный, опасный.

Внезапно в мою голову закралась странная мысль: интересно, эти резко очерченные губы умеют улыбаться? Сложно представить… Густые волосы – они действительно мягкие наощупь, или только кажутся такими? Я помотала головой, пытаясь очистить ее от этого бреда.

Я слышала, что несколько актрис и моделей страстно желали завести с ним роман, но их попытки были тщетны. Никто не знал номер его личного телефона – только рабочие контакты. Его не было в соцсетях, его не видели в спортивных залах.

После безуспешных попыток познакомиться поближе и отсутствия малейшего интереса к женщинам с его стороны, дамское общество решило, что он тяготеет к обществу мужскому. Но никаких доказательств этого не было. Скорее всего, это были просто слухи, которые распространяли те, кому так и не удалось завоевать его внимание.

По случайно услышанным разговорам отца я знала, что у него была репутация жёсткого, бескомпромиссного и беспринципного дельца. Он всегда добивался того, чего хотел: деньгами, уговорами и шантажом.

– Добрый день, – проговорил он и приблизился на шаг. Всего лишь один-единственный, но внутри меня все затрепетало. Я просто кожей чувствовала исходящую от него опасность. Хотелось развернуться и бежать… Но почему-то я оставалась на месте.