Я тебя забираю

 – Будешь что-то покрепче? Бал?

– Тс-с-с, – демон бесцеремонно отодвинул иллюзию, растирая ладонью грудь.

– Неужели призыв? – поинтересовался хозяин бара. –  Я уже и забыл, что это такое.

– Нет, не призыв, – демон прислушивался к ощущениям. Страх – вот что плескалось сейчас в груди. Не его – чужой. Отчетливый, яркий. Чувство было ново, страх не такой частый спутник для Высшего демона. И не оставалось никаких сомнений, что тревога связана с его парой. – Мне пора, – поспешил скрыться за дверью с табличкой, запрещающей входить посторонним.

Не теряя времени на раздумья, он сразу перенесся на территорию особняка оборотней.

***

– Я смотрю, ты не торопишься! – Балаам возник за спиной молодого волка.

– Быстро же захотел пить, – огрызнулся должник, снимая автомобиль с сигнализации.

– Не дерзи тем, кто предлагает свою помощь, – а страх из эмоции превратился в физическую боль. Демона скручивало: сводило плечи, мышцы шеи окаменели.  – Где сейчас твоя истинная?

– Если пришел не за долгом, отвали, – молодой волк предпринял очередную попытку сесть за руль автомобиля.

– Думай, идиот! Я ведь легко сверну тебе шею на глазах у родни, – Балаам схватил парня за грудки. – В принципе, ты мне и не нужен, волк. Думай!

– Что тебе от нее нужно?

Балаам с трудом сдержал рык отчаяния:

– Хочу спасти твоей паре жизнь. Безвозмездно, – добавил издевательским тоном. – Еще долго ждать? Мы бездарно теряем время, – по скулам демона проскальзывают языки пламени. – Мне не нужна твоя девчонка, если ты переживаешь об этом.

Клянусь, – прохрипел, задыхаясь от чужих эмоций.

– Она должна быть дома…

Наконец, оборотень пустил в свои воспоминания, показал убогую квартирку с крохотными комнатами и узким коридором. Именно в этот узкий коридор их и выкинуло, впечатывая Балаама в грудь частично трансформировавшегося оборотня, а молодого волка отбрасывая к раскуроченной входной двери.

– Нужно ответственнее относиться к поручениям, – демон отшвырнул чужака, который был приставлен оберегать истинную.

Оборотни никогда не оставляли пару без присмотра. Своя, чужая – для них нет никакой разницы. Стая заботилась обо всех членах без исключения, и именно эта черта вызывала у Балаама уважение к тем, кто всего лишь способен оборачиваться крупной псиной. – Это и тебя касается. Если с ней что-то случится, – он зло выдохнул, – смерть покажется тебе приятной забавой, – вторым движением втолкнул должника в дверной проем, где, сжавшись в углу, тихо скулила девушка.