Огонь vs Лед. Переворот наоборот

– Хочешь принять ванну сейчас или сразу ляжешь? Тебе помочь, или справишься сама?

«Ванна», «помочь», – вроде бы обычные слова, но они тоже что-то царапают в моей голове. Что-то рвется из самой глубины, но… снова, когда, казалось, вот-вот вспомню, все исчезает.

– Здесь и ванна есть?

Скрываю собственную  растерянность за ехидством.

– Конечно, – Ринар с готовностью поднимается с кровати и протягивает мне руку. – Давай, покажу.

Если и думаю над его предложением, то лишь мгновения – несколько дней в дороге, поездка на лошади впритирку к незнакомому мужчине – слишком много впечатлений и хотелось бы поскорее их смыть.

– Может, и крылья развяжешь?

Раз уж он ко мне на «ты», то я чем хуже?

Страшно поворачиваться спиной, но я перебарываю себя. В конце концов, могу и в нос дать, если позволит что-то лишнее. А рука у меня тяжелая. Конечно, жалко будет испортить точеный профиль, но сам будет виноват.

Напряженная до кончиков пальцев и готовая к мгновенной контратаке, я замираю спиной к Ринару, а он… он совсем не торопится что-то делать!

Да он же разглядывает меня!

Совершенно нагло и бесцеремонно!

Глава 3.

Я смотрю на узкую спину частично скрытую голубыми переливами шелка – надо же, несмотря на потерю памяти, Алисия все равно отдает предпочтение холодным, льдистым оттенкам – я до последнего не хотел верить, что она все забыла, а сейчас, когда передо мной стоит живое тому подтверждение, смотрит на меня и совершенно ничего не помнит, то от досады разрывается сердце, а память отбрасывает на полгода назад.

Я точно так же смотрел на худенькую спину, затянутую в чешуйчатое платье. Я гордился ее красотой и силой, словно это было моей заслугой, хотел всем показать, что Алисия под моим покровительством, чтобы никто даже думать не мог о сближении с ней.

Тогда я был слегка ошалевший от счастья, что безумно притягательный мальчишка, из-за непонятной симпатии к которому я едва не сошел с ума, оказался девушкой.

Сейчас, полгода спустя, я вижу, что наделал слишком много ошибок. Чересчур увлекся своими чувствами и разгадыванием чувств Алисии, остающейся для меня постоянной загадкой, и не уделил достаточно внимания безопасности Академии.