Тунис. Заметки путника с украденным сердцем

Тунис. Заметки путника с украденным сердцем

Лана Лоза

Повесть «Тунис. Заметки путника с украденным сердцем» рассказывает об удивительных приключениях молодого путешественника, грезящего отыскать саму душу великой пустыни Сахара. Изящно вплетаясь в основную нить сюжета, в этой истории раскрываются особенности жизни и быта жителей магрибской Африки, подробно описываются малоизвестные маршруты, даются ценные практические советы, которые не найти в туристических брошюрах. На страницах данной повести читатель постоянно будет балансировать на грани реальности и волшебства, узнает множество интереснейших исторических фактов.

Лана Лоза

Тунис. Заметки путника с украденным сердцем

Часть 1. Остров Джерба

…Я отдал тебе душу. Тебе казалось – мало.

Тогда ты мое сердце отобрала, Сахара.

(Л. Лоза, «Сахара»)

Это странно, но прошло уже, на самом деле, несколько лет с тех пор, как я, молодой, амбициозный и не вполне еще опытный тогда путешественник, впервые ступил на тунисские выжженные солнцем земли.

Мой самолет совершал прямой рейс Москва – остров Джерба. И я, признаться честно, немногого ждал от бедной африканской страны, измученной постоянными пограничными конфликтами, террористическими актами и политическими интригами. Страны, которую, словно маленького лиса-фенека, раздирают да всё никак не могут поглотить два огромных коршуна – Ливия и Алжир.

В общей сложности, я провел в Тунисе месяц, исколесив его вдоль и поперек: от моря до пустыни, от ливийской до алжирской границ. Я видел его абсолютно разным и хорошо узнал его.

Я останавливался в столице и крупных городах на севере, в которых есть высокие здания с зеркальными окнами и широкие асфальтовые дороги, а небольшие синие реки струятся веселыми ручейками под жарким африканским солнцем.

Я был на самом его востоке – древнем пиратском острове с его прекрасной рыжестенной мединой, целыми днями галдящей разномастной толпой торговцев и насквозь пропахшей специями и оливковым маслом.

Меня угораздило провалиться в зыбучие пески солончака Эль-Джерид на западе.

Я достиг и самого юга страны. Или, возможно, самого края Вселенной. Той границы, за которой нет ничего, кроме абсолютной оглушающей тишины, нарушаемой иногда по ночам лишь пронзительным воем шакалов.