Трофей для волчьей стаи

Он прислонился головой к прутьям, жалобно скуля.

Я просунула руку, поглаживая его по голове.

– Тебе, наверное, здесь жутко холодно…

Медведь снова заскулил, а я потянулась к кинжалу. Замок был ржавый, я точно смогу снять его без всяких усилий.

– Что ты делаешь? – раздалось сзади, и я вздрогнула, оборачиваясь.

Желтоглазый стоял передо мной в одних штанах, без рубашки.

– Ему холодно, – сказала я, наблюдая за движениями оборотня.

Он стоял спокойно, словно ветер и холод не касались его.

– Не думаю, – постановил он и сделал шаг ко мне.

Медведок тут же зарычал, да так злобно, что я дернулась.

– Он хочет согреться…

– Нет, – покачал головой оборотень. – Он хочет тебя защитить. И тем самым разбудит весь наш лагерь.

Желтоглазый остался стоять на том же месте, и за это я была благодарна волку.

– Ты голодна? – задал он неожиданный вопрос, от которого я нахмурилась, ожидая подвоха. – Айрин, если ты хочешь есть, я оставил для тебя запечённую рыбу.

Живот тут же свело от напоминания о еде.

– Тебе не холодно так стоять? – спросила я, старясь не смотреть на накаченные руки и голый торс.

– Мы сильнее, чем люди, и холод нам не так страшен, Айрин.

Мое имя он выделил особой интонацией с такой нежностью, что мне стало не по себе.

– Думаю, тебе стоит зайти в шатер и поужинать, ты можешь заболеть.

Предложение вернуться под теплую шкуру было притягательным, я действительно мерзла, даже в теплом плаще и сапогах. Вот только оставить маленького медвежонка одного я не могла.

– Ему не холодно, Айрин, – снова попытался убедить меня оборотень.

Я просунула руку сквозь прутья, дотрагиваясь до шерсти. Подшерсток у медведя был теплый, а значит, я действительно переживала зря. Медведь, почувствовав мои касания, зажмурился, а после аккуратно откинул руку, словно велел мне идти.

Хотя это скорее мои выдумки.

– Его кормили?

Я посмотрела в глаза оборотня, он же смотрел в мои. И в его взгляде было столько интереса, что мне стало не по себе.

– Здесь мало рыбы, осталось только для тебя.

Бедный мой голодный мишка.

– Тогда я хочу разделить на двоих.

Снова посмотрела на мужчину. На самом деле во мне не было решительности, только страх, но я старалась бороться с ним.

Все же я здесь была не одна, и думать нужно было не только о себе.

– Хорошо, – кивнул он головой. – Но медведи могут без еды намного больше, чем человеческие женщины… Это неразумно.