В плену

– Так ты тоже сейчас не об ангеле плачешь, подруга, – возвращаю ей ее колкость, уже сообразив, о каком из братьев страдает Катька. – Сама же говорила, что Крис Ямпольский жуткий тип. Сволочь и подонок он.

– Жуткий, – соглашается Катька. – Но не подонок. Нет. Он честный и правильный до омерзения. Но я знаю о Крисе все, а ты что знаешь о своем Антоше? Ни-че-го.

– Так поделись, подруга, – выдыхаю так же язвительно. – Где он? Жив ли?

– А что же ты у мужа не спросишь, а? Как ты вообще додумалась сбежать с Антоном? – я опускаю взгляд.

А Катька отворачивается и внутри поселяется ощущение, что она меня презирает. А мне плевать. Я должна узнать, что с Антоном!

– Катя, – трогаю ее за плечо, она вздрагивает, – пожалуйста. Очень тебя прошу, помоги. Мне очень важно знать, жив ли Антон. Пожалуйста…

– Нет, – холодно отрезает подруга, и я не узнаю ее. Во взгляде – холод, в голосе – металл. – Хочешь узнать о своем Антоше, спроси у Марка. Думаю, у него сказочка получится куда интереснее.

– Кать… – голос неожиданно срывается.

– Знаешь, я, когда увидела вас сегодня наверху… как вы держались за руки… как смотрели друг на друга… возликовала, – она улыбается мечтательно. – Решила, что все получилось. Что Марк оттаял. Что ты совершила невозможное. Потом поняла, что так не бывает. Что еще вчера он вытащил тебя из постели другого. Что нельзя полюбить за сутки. Что нельзя вот такую близость сотворить за сутки. Я весь вечер искала подвох. Наблюдала за Марком. Как он сжимает твою ладонь, как напрягается, стоит Крису на тебя взглянуть.

Я не знаю, что отвечать. Я сама ничего не понимаю. Тогда, на лестнице, произошло нечто необъяснимое и невозможное. Я не могла дать описание тому, что ощущала. В тот миг мне казалось, что я увидела настоящего Марка. Одинокого и очень ранимого, прячущегося за маской жестокости. И то, что Катя говорит дальше, выбивает почву из-под ног.

– Вспомни, подруга. Вспомни и подумай о том, как ты подставила Марка. Как из-за твоей выходки он едва не потерял все. Он жизни едва не лишился. Подумай и о том, что своего отца почти убила. Подумай, Алиса, – она бросает прощальный взгляд и подходит к двери, пальцами обхватывает ручку, поворачивает. – Подумай и наконец поговори со своим мужем. Повзрослей уже в конце концов.

– Почему? – останавливаю Катю, уже переступившую порог ванной комнаты.