Владыка воронов

– Осторожнее со словами, мудрец, я могу отрезать тебе язык, – подручный подсознательно сразу дотронулся до кинжала, висящего на левом боку.

Хозяин дома молча открыл двери настежь и замер. Вугор вышел, потоптался минут пять по двору и взлетел, а в мыслях проскочило: «Старый прохвост, попробуй только не исцелить её, я сам тебе перья повыдёргиваю».

Он полетел по деревне, принадлежащей владыке, выглядывая девку посочнее. Крестьяне – вороны суетились, кто кормил лошадей, кто начищал мечи воинов, другие чистили чугунные котелки.

– Подайте воды, – рявкнул, выставив руки в бока.

Крестьяне испугались, узнав правую руку владыки и грозного главного военнокомандующего.

– Возьмите, – один из них седовласый ворон поклонился, зачерпнул из ведра, стоящего на краю колодца и подал деревянную плошку с чистой водой.

Тот выпил, вытерев рот рукой.

– Мне нужна девка. Кого предложите?

Старик отшатнулся, боясь, что он потребует его внучку, первую красавицу на деревне.

– Вы решили нарушить договор? – его брови сошлись над переносицей. – Раз в месяц вы даёте нам девку, и только владыка решает, кому она достанется, ему, мне или лучшим воинам за заслуги перед государством. Многие из них стали жёнами и матерями, – он вытащил меч.

Наперекор ему выскочил рослый крестьянин.

– Может, хватит из наших девок шлюх делать? Из орлиц выбирайте.

Лицо Вугора поменялось, посерело, в глазах образовался огонь ярости, рука поднялась и в мгновение ока, перерубила смельчака пополам.

– Мятеж? – прорычал он и, схватив за шкирку следующего, отрубил ему голову. Окровавленный меч блеснул в лучах полуденного солнца, кровь закапала на землю. Вугор сделал им боевой круг над головой и только решил, зарубить ещё кого-то, как тишину внезапно нарушил пронзительный женский крик:

– Не надо! Я пойду, – из-за спин мужчин вышла девушка.

Глаза Вугора уставились на неё: румяная, круглолицая яркая красавица с длинной толстой косой, спускающейся ниже бёдер. Высокая девичья грудь особо привлекла его внимание, сквозь тонкую, белую, льняную ткань угадывались тёмные соски, тонкая талия, перевязанная пеньковой верёвкой крест-накрест, подчёркивала её идеальную фигуру. Его заинтересованный взгляд скользнул по округлым бёдрам и завершился, но узких лодыжках в плетёных опинчах.