Яблоня

Позвоните Аднету, чтобы он вернулся в участок и начал экспертизу вместе с Алексисом – в конце концов, сегодня мы нашли уже двух девушек, и работы теперь вдвое больше, чем обычно. Я же…

Возможно, слишком сильное эмоциональное потрясение заставило ее забыть о контроле над своим телом, а возможно, сколько ни старайся быть сильным, в конце концов ты проходишь точку невозврата. Она не успела заметить ни резкой слабости, ни помутнения в глазах – лишь стремительно пролетающее перед глазами небо, удар головой о землю и темноту.

Четыре женских силуэта окружили ее, и тени скрывали их лица. Черные, спрятанные в тьме сознания, они казались одинаковыми, и лишь одна деталь на их телах была отчетлива – разодравший грудь выстрел. Кровь капала на пол с оглушающим звуком, и кольцо из силуэтов сжималось, погребая ее под собой.

Внезапно круг разомкнулся, разорвавшись пополам. Меж четырех фигур, стоявших по две стороны от нее, вышла пятая, неуклонно приближаясь. Кристиан отшатнулась, но сзади словно стояла невидимая стена, не позволяющая ей двигаться.

Кристиан не почувствовала боли. Лишь мерзкое, липкое пятно, растекающееся по телу там, где грудь разорвал выстрел.

«Но ты ведь… Ты еще можешь дышать», – она потянулась рукой к пятой фигуре, пытаясь коснуться ее лица, но за секунду до прикосновения Кристиан почувствовала, как летит в пустоту.

Удар о мокрую землю, неприятный звук гнилых листьев. Она оборачивается вокруг, видя один и тот же пейзаж – ее кошмар как во сне, так и наяву. Из горла вырывается крик отчаяния, страха, нежелания снова видеть эти возвышающиеся над головой безучастные ветви деревьев, которым нет дела до того, кто увяз где-то в глубинах их теней.

Она бежит среди стволов, как тысячу раз до этого, выкрикивая имя.

Груз, лежащий на ее плечах, раздавливает изнутри, заставляя все естество кровоточить слезами.

Почему жизнь заставляет ее снова и снова проходить через одни и те же кошмары? Она давно захлебнулась в своей вине, и теперь мечтала лишь о том, чтобы хоть кто-нибудь в этом круговороте остался жив.

Очнувшись, она поняла, что лежит на чем-то мягком. Атмосфера казалась неуловимо знакомой, и даже темнота перед веками была успокаивающей.