Туда, где кончается Лес

А на другой стороне земли, к которой вела одна из дорог от башни мага,

Вырос в удалого юношу единственный сын пирата.

Пламенное, неспокойное сердце, которое в восемнадцатилетие должно было сгореть до пепла,

Гнало молодца в путь.

Сверкавшие лезвия, всюду его настигавшие, стали для него серебристыми несущими опасность волнами моря,

Крики и вой неприятелей превратились в ветер, раздувавший паруса вечного странника,

Что завещаны были юноше склочным отцом.

Молодой человек, проклятый магом, даже в родных краях ощущал себя чужаком.

Бежал он, как предсказал говоривший со звездами чародей, от одной земли к другой,

Пока извилистая и длинная роковая дорога не привела его в столицу королевства Флердеруж

Ровно в тот день,

В который отец его много лет тому назад

Услыхал легенду старого города

И отыскал в зачарованном саду прекрасную золотую розу под стеклянным куполом.

В небе зловещей секирой палача блестел и заглядывал в окна юноши,

Где бы он ни прятался от неизбежной своей горькой судьбы,

Стальной серп молодого Месяца:

Всего несколько дней оставалось до свершения приговора,

Вынесенного Темным Милордом.

Ведал сын разбойника морского, какая участь ему уготована,

Знал, что последним, что узрит он в день своего восемнадцатилетия,

Станет Черно-Белая Луна,

Решившая в полночь на него обрушиться.

Ведал сын разбойника морского, что немного дней отведено ему,

Да только гадальные карты цыганок и кочевниц,

Коих немало встречал юноша в своих нескончаемых странствиях,

Непременно и неотвратимо предсказывали ему спасение.

Падая из рук прорицательниц

На застеленный скатертью и заставленный свечами сундук в кибитке,

Карты неизменно изображали три фигуры из ближайшего будущего,

Сущность которых загадкой казалась всезнающим гадалкам и проницательному плуту,

Вопрошавшему скептично о своей предрешенной судьбе.

Каждый раз три карты представляли взгляду юноши вора,

Белую бабочку, рвущуюся на волю из черного кокона,

И сорванный мужской рукой цветок розы,

Но не золотой, а ярко-красный, как пламя.

Свиток второй, повествующий о долгах Нана, бабочках Симары и чудесном знакомстве Монашки и Демона под крышей башни волшебника

Неописуемые палитры цветов и запахов полнили столицу Флердеружа.