Бардазар

Однако, надо отдать ему должное, сразу вскочил на ноги и принялся вертеть головой, явно намереваясь вписаться в реальность и сообразить, что нужно предпринять. Тумберг и Дасаль молча наблюдали за ним.

– Ф-фу-ух!.. – Тангейзер облегченно опустился на лавку и обеими ладонями с силой потер лоб, словно намереваясь стесать его. – Карабарас! Приснилось, что я в казарме, на Пятке, и Бундер объявил подъем…

– Не отпускает прошлое, – заметил Шерлок. – Хорошо, что лавка низкая, а то так и сотрясение мозга можно заработать.

– Я когда-то в детстве так упал с кровати, – сказал танкист. – Только еще затылком ударился. И не после пьянки, конечно, мне всего-то лет семь было или восемь. И, помню, стал нести какую-то ахинею… – Тангейзер обвел взглядом слушателей. – То есть это я тогда думал, что несу ахинею, а теперь-то знаю: это генетическая память врубилась, и я заговорил на языке предков. Мама тогда здорово испугалась…

Спецназовец повернулся от панели и с любопытством слушал танкиста.

– Ты что, в натуре все помнишь? – с интересом спросил Дасаль.

– Да ничего я не помню, – ответил Тангейзер. – Вот Уир, тот да, помнит. Правда, не все. А у меня так – прорвалось разок и закрылось.

– Это, наверное, интересно – помнить то, что видели, слышали, ощущали и переживали твои предки, – теребя усики, сказал Шерлок. – Натуральное, так сказать, прошлое. В натуре. – Он покосился на груйка.

– И что же тут хорошего? – возразил тот.

– У господина консультанта весьма специфический взгляд на вещи, – произнес в пространство Тумберг. – Жизнь наложила свой отпечаток. Но далеко не у всех отпечатки именно такие.

– И что вы ко мне все время цепляетесь? – надулся груйк. – Намеки постоянно какие-то… А я ведь, между прочим, не козявка какая-нибудь, не пыль Вселенной, а индивидуум, личность! Я, между прочим, в строительном колледже учился!

– И потом прошел еще кое-какие университеты, – добавил Шерлок.

– Ну вот, опять! – хлопнул себя по коленям Умелец. – Если у вас такое ко мне отношение, то зачем вы потянули меня в эту экспедицию?

От такого вопроса у следователя аж глаза на лоб полезли.

– Потянул? Я вас потянул, Дасаль?!

– Ну, неважно! – отмахнулся груйк. – Важно другое.