Бардазар

Ром не погубил меня, а значит, я стал крепче… И получается, что именно благодаря рому!»

Дасаль некоторое время сидел, то и дело бросая алчные взгляды на сумку следователя, в глубинах которой исчезла суперраритетная вещь, а потом глубоко вздохнул и тоже закрыл глаза. И пробормотал напоследок:

– Не хватает вам практичности, начальник. Потом спохватитесь, да уже поздно будет.

Если Шерлок Тумберг и услышал эти слова, то ничем это не показал.

Минут через сорок на связь вновь вышел командир фрегата.

– Что там у вас? – осведомился он совершенно трезвым голосом, разве что делая паузы между словами. – Мимо не промахнетесь?

– Да не должны, господин полковник, – деловито ответил спецназовец. – Все штатно.

– Вы там не очень разгуливайтесь, – предупредил Добрыня Кожемяка. – Вышли, ноги размяли – и назад. И не мусорите там, берегите природу, фугасом ее в трюм.

– Обязательно побережем, господин полковник, – проникновенно заверил Хельмут Балдис.

– И это правильно, – одобрил Кожемяка. – Огонь там не разводить, нужду не справлять.

– Да ни за что! – спецназовец прижал руки к груди. – Если припрет, то под себя схожу, господин полковник, но природу сберегу!

– А вот шутки со старшими по званию шутить не надо, – переменил тон командир фрегата. – Да, тут еще этот… говорящий танк просил передать следователю: пусть с консультанта, с господина Дасаля, глаз не сводит.

– Я слышу, – громко сказал Тумберг, открыв глаза. – Передайте говорящему танку, чтоб не беспокоился: я обеспечу господину Дасалю надлежащий режим пребывания на планете.

– Вот и хорошо, – удовлетворенно произнес Кожемяка. – Конец связи.

– У меня от слова «режим» враз настроение портится, – проворчал Дасаль. – Режим пребывания, режим содержания… Неужели нельзя просто сказать: «Я сделаю все для того, чтобы господин консультант чувствовал себя комфортно»? А то прям казенщина какая-то получается.

– Чего еще изволите, господин консультант? – прохладным тоном, в котором, тем не менее, сквозил сарказм, осведомился Шерлок. – Может, с вами вообще стихами изъясняться?

Умелец хотел было что-то ответить, но тут Тангейзер вновь начал ворочаться на лавке. И делал это так неудачно, что упал на пол.