Хранительница. Памятью проклятые

– Ты чего заявился? – прошипела я, собираясь дождаться ответа, а потом сходить на кухню за сковородкой и выставить его за дверь.

– Ты же к нам не пришла, потому я решил прийти к тебе, – не чувствуя угрозы и не предвидя скорой встречи со сковородкой, он улыбался.

– Чего?

– Я за тобой весь год присматривал, – он чем-то очень гордился, но я все никак не могла понять чем, – ждал, вспомнишь ты про нас или нет. Ты не вспомнила.

– А сюда зачем приперся? – от моих неосторожных движений в коробке что-то хрупко зазвенело.

– Говорю же, решил сам завершить ритуал, раз уж ты оказалась такой упрямой, не искать же нового хранителя. Да и потом, меня, знаешь ли, еще никто по морде тапком не бил. Это было неожиданно и непривычно.

– Не била я тебя никаким тапком! – звон в коробке усилился, а я вспомнила полутемный подъезд, холодную стену, ноющий бок, с которого потом почти месяц сходил страшный синяк и прижавшего уши к голове пса. Голос почему-то сел. – Это был кроссовок…, но я же песика…

В коробке что-то взорвалось.

– Это что было.

– Это была сфера, – потерев руки, Глеб уверенно уселся за стол, – ты теперь хранительница. А я не песик, я оборотень.

Медленно осев на пол, я неверяще смотрела на психа-оборотня, накладывавшего в тарелку салат. Тот самый салат в виде собаки, который я не успела сфотографировать.

Раньше я не верила во все эти суеверия. И лишь отмахивалась, когда говорили, что как новый год встретишь, так его и проведешь.

Теперь верила.

Этот год я встретила в сумасшедшей обстановке и проводила так же.

И мне уже было страшно даже представить, что новый год мне готовил…

Во что я ввязалась? За что?

– Лесь, а ты чего на полу расселась? Вставай. Замерзнешь, – забеспокоился Глеб, выбираясь из-за стола, чтобы помочь мне подняться, – давай-ка. Сейчас Новый Год встретим, а потом к Богдану и Крис поедем. Она тебя давно повидать хотела, но не решалась. Ты, кстати, куда переедешь, в квартиру Евгения Федоровича? Или ко мне? Ты имей в виду, лучше ко мне.

– Чего?

– Ну, ты же теперь хранитель, и пока не научишься пользоваться даром тебя нужно защищать.

Он говорил что-то еще, кажется, даже хвалил мои кулинарные способности. Я не слушала.

Я пыталась понять, за что мне все это? Когда в прошлом году я загадывала изменения в жизни к лучшему, я же к лучшему просила! А не вот это вот.