Рыцарь, куколка, царевна и Вася

Ни разу за все годы Инна не видела, чтобы он улыбнулся тете Наде или обнял ее. И тетя Надя почти никогда не улыбалась. А когда ей завидовали, махала рукой и отворачивалась.

В Инне встрепенулся бунтарь и упрямец, она захотела предстать такой, из-за которой Вася превратился бы в отдающего. Захотелось подчинить его, чтобы для него было счастьем ждать ее с работы и мыть за собой посуду, лишь бы сделать ей приятно. Она, конечно, в своих мыслях забежала далеко вперед, и про посуду было чистой фантазией, но что делать, если мысли шустрые?

– Сколько тебе лет? – спросила она.

– Тридцать шесть.

«Представляю, сколько женщин у него было, – подумала Инна. – Попробуй, удиви такого. Наверное, и с моделями крутил». Ей уже рассказали, что мужчины в их компании помешаны на моделях. По соседству была школа моделей.

– А тебе? – услышала она.

– Девушкам такие вопросы не задают.

– Да ведь узнать не проблема. Двадцать пять?

Инна удивленно посмотрела на него.

– В точку, да? Ты так и выглядишь.

– Обычно дают чуть ли не восемнадцать.

– Это из-за роста. Маленькая собачка… Сама знаешь. В глаза надо смотреть, в глазах опыт видно.

Инне стало обидно, что у нее в глазах не романтическая легкость, а опыт. Опыт! Нашел, что сказать! Как же, вдова, перехоронившая трех мужей! Но Вася не тот человек, чтобы развивать обиду, он только посмеется.

– Какая у тебя фамилия? – спросила она.

– Коваль.

Коваль красивее, чем Пацюк, но все же не так, как Зимовский.

– А у тебя? – спросил Вася.

Инна вздохнула:

– Пацюк.

Он чуть улыбнулся, мол, понимаю, почему ты такой вопрос задала.

– Откуда ты? – снова спросила Инна.

– С луганщины. А ты?

Вот в чем дело! Они с одного корня, поэтому, наверное, показалось, что она знает его.

– Из Астраханской области, – Инна решила не вдаваться в подробности своего происхождения. – Ты говоришь чисто.

– Да, специально избавлялся от южного говора. Ты тоже говоришь чисто, не сразу расслышал хохляцкие нотки.

– Что? – Инна никак не ожидала подобного заявления.

– У меня слух идеальный. Я музыкальную школу окончил, на баяне играю.

Инна разозлилась, потом взяла себя в руки: какая к черту разница? Понял и понял, что теперь? Он тоже не голубых кровей. У них одинаковый путь. Тоже, видимо, выгрызал себе место под московским солнцем.

Почему-то Инне стало грустно: встретила почти земляка, а не сказать, что он ей очень приятен. И хочется скрыть общие корни, отгородиться от него, показать, что она не такая.