Рыцарь, куколка, царевна и Вася

Все же жаль, что с Никитой так получилось. Приятный, красивый парень, – сказала Кира.

– Нечего его жалеть. Меня лучше пожалей, – отрезала Инна. – Я два года терпела.

Инна рассказала подруге, что именно она терпела, демонстрируя половину указательного пальца.

– Зачем? – удивилась Кира.

– Как зачем? У него квартира своя. Думала, женю его на себе.

– Кажется, быть акулой не сладко? – посмеялась Кира. – Ну, не переживай.

– Да я жалею только о потерянном впустую времени. Сто раз могла бы уже замуж выйти, – сокрушалась Инна.

– А я выхожу, – сказала Кира.

– За кого?

– Как за кого? За Родиона.

– Япониста своего?

– Да.

Кира начала встречаться с Родей на третьем курсе. На Инну он не произвел большого впечатления, потому что не был красавцем. И вдобавок к этому оказался сыном обычных, не богатых, родителей, хотя и москвичом. А когда Кира сказала, что Родион японист, то Инна не сразу поняла: что значит японист? Поняв, принялась отговаривать подругу, призывая обратить внимание на бизнесменов.

Кира со второго курса стала поддразнивать Инну акулой. Это из-за трезвого цинизма, с каким Инна выбирала себе парней и из-за безжалостности наевшегося хищника, с которой она их оставляла. Так, по крайней мере, говорила Кира. Инна не обижалась, даже не думала обижаться, потому что знала, что Кира ее беззаветно любит и желает добра. Кроме того, Инна всего лишь говорила вслух то, что думает каждая женщина, перед тем, как соблазнить мужчину: стоит ли и почему именно он.

– Брак должен быть по любви, – сказала она, – а деньги заработаются, если дураков и лентяев нет.

– Разобьется ваша любовь о лодку быта и безденежья, будешь знать, – обещала Инна. – Надоест тебе молоком с сушками гурманствовать, – и помахала надкусанной сушкой.

Они сидели в кухне Инниной квартиры и пили холодное молоко с хрустящими сушками. Это было их любимое лакомство со студенческих времен.

– Ну, браки чаще богатства не выдерживают.

– Скажешь тоже!

– И вообще: где лад, там и клад.

– По мне, так, где клад, там и лад.

Они замолчали, думая о своем.

– Иногда ты меня очень удивляешь, – сказала Кира. – Ты умеешь молчать о глубоко личном, например, о недостатке Никиты.